Статья 'Историческая наука в условиях «цифрового поворота»: этапы и проблемы (на примере изучения бюджетных обследований крестьянских хозяйств в XX веке)' - журнал 'Историческая информатика' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Порядок рецензирования статей > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Публикация за 72 часа: что это? > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат > Редакция > Редакционный совет
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Историческая информатика
Правильная ссылка на статью:

Историческая наука в условиях «цифрового поворота»: этапы и проблемы (на примере изучения бюджетных обследований крестьянских хозяйств в XX веке)

Мазур Людмила Николаевна

доктор исторических наук

профессор, кафедра документоведения, архивоведения и истории государственного управления, Уральский федеральный университет имени первого Президента России Б.Н. Ельцина

620000, Россия, Свердловская область, г. Екатеринбург, ул. Тургенева, 4, оф. 482

Mazur Liudmila Nikolaevna

Doctor of History

Professor, Document Studies, Archival Studies and State Administration History Department, Ural Federal University after the First Russian President B.N. Eltsin 

of. 482, 4, ul. Turgeneva, g. Ekaterinburg, Sverdlovskaya oblast', Russia, 620000

lmaz@mail.ru
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.7256/2585-7797.2019.3.30681

Дата направления статьи в редакцию:

02-09-2019


Дата публикации:

21-11-2019


Аннотация.

В статье рассматриваются теоретические и методические вопросы цифрового поворота в российской исторической науке. Дано определение понятия «цифровой поворот» и отмечена его связь с цифровой революцией. Выделены основные направления влияния цифровой революции на историческую науку – методическое, ресурсно-информационное, тематическое и теоретико-понятийное. В статье выделены и охарактеризованы основные этапы цифрового поворота в исторической науке: предварительный этап – математизация, начальный этап – компьютеризация и завершающий этап – информатизация истории. На примере историографии изучения крестьянских бюджетов рассмотрены особенности цифрового поворота в зависимости от тематики исследования. Историко-аграрное направление в числе первых включилось в процессы математизации и компьютеризации и иллюстрирует основные этапы цифрового поворота, в том числе его завершающую стадию, связанную с созданием ресурсов удаленного пользования. Информатизацию науки следует рассматривать не только как технологический процесс, она, расширяя методический арсенал историка, выводит на новый качественный уровень историческое познание.

Ключевые слова: историческая информатика, информатизация науки, компьютеризация науки, математизация науки, цифровой поворот, цифровая революция, информационная революция, Цифровая история, бюджеты крестьянских хозяйств, информационный ресурс

Тема поддержана грантом РФФИ 18-09-00592 А «Эволюция крестьянской семьи на Среднем Урале в XX веке: опыт реконструкции по материалам бюджетных обследований»

Abstract.

The article considers theoretical and methodological aspects of the digital turn in Russian historical science, defines the notion “digital turn” and describes its connection to the digital revolution. The digital revolution in history has primarily affected its methodological, source-related, thematic, and conceptual aspects. The author characterizes the key stages in the digital turn in history: the preliminary stage (mathematization); the initial stage (computerization); and the final stage (informatization of history). 
She studies digital turn peculiarities related to specific research areas taking historiography of peasant budget surveys as an example. The history of agriculture and rural life was among the first to join the processes of mathematization and computerization and illustrates the main stages of the digital turn, in particular its final stage that is the creation of remote resources. The informatization of science should be considered not only as a technological process but, since it involves a significant expansion of the range of methodological tools, as a new qualitative level in historical cognition. 

Keywords:

Digital History, historical computing, informatization of science, computerization of science, mathematization of science, digital turn, digital revolution, information revolution, budgets of peasant households, information source

Историческая наука за последние полвека пережила множество «поворотов», в том числе лингвистический, антропологический, культурологический, визуальный и проч. Большинство из них имеет методологическую природу, акцентируя внимание исследователей на тех или иных аспектах исторического познания – языке, мышлении, памяти, особенностях восприятия исторической информации и бытования исторического источника. В этом ряду сегодня все чаще звучит понятие «цифровой поворот» как отражение процессов трансформации той информационной среды, в которой функционирует историческая наука. В отличие от других «поворотов», цифровой имеет четко обозначенную технологическую природу, составными элементами которой выступают, во-первых, компьютерные технологии и формируемая ими новая цифровая информационная среда; во-вторых, технические средства, обеспечивающие доступность и качество обработки информации; в-третьих, профессиональные компетенции историка, необходимые для реализации исследований в новых условиях.

Не будем забывать, что история, как вид профессиональной деятельности, оформилась в условиях письменной культуры и опиралась на письменные технологии, в том числе на преимущественно письменную источниковую базу, методы удостоверения и анализа письменных источников и соответствующий (письменный) способ презентации полученного исторического знания. Эту традицию преодолеть не просто. Все выше обозначенные «повороты» представляют собой попытку вырваться из позитивистской модели историописания, ориентированной на реконструкцию событий, за счет расширения источниковой базы, привлечения новых междисциплинарных методов, дополняющих возможности традиционного источниковедческого анализа. Что же несет с собой «цифровой» поворот и какое влияние он оказывает на историческую науку?

Историческая наука в условиях «цифрового поворота»: от клиометрии к исторической информатике

В самом общем виде понятие «цифрового поворота» связано с использованием прикладных компьютерных технологий в историческом исследовании на различных его этапах (сбор, систематизация, анализ, презентация), а также с обращением к цифровым ресурсам – электронным копиям аналоговых документов или собственно электронным документам.

Л. И. Бородкин в 2015 г. выделил основные направления влияния цифровой революции на историческую науку – методическое, ресурсно-информационное, тематическое и теоретико-понятийное [1, с. 60]. Первое направление связано с расширением методического арсенала историка за счет привлечения новых методов, нетрадиционных для истории. Речь идет не только об использовании количественных методов, но и изучении исторических явлений и процессов с использованием методов компьютерного моделирования, визуализации, реконструкции. Второе направление охватывает процессы формирования цифровой информационной инфраструктуры исторической науки, которая дополняет и постепенно вытесняет традиционную – архивно-библиотечную, обеспечивая доступность не только документированной исторической информации, но и сведений, представленных в базах данных, геоинформационных системах и других компьютерных моделях данных.

Развитие технологий неизбежно влечет за собой и более значимые последствия – расширение тематического поля и проблематики исторических исследований, а также модернизацию языка науки, в котором появляются новые понятия, связанные не только с собственно IT-технологиями, но и методологическими подходами и практиками исторических исследований, опирающимися на них. Проблемы с понятийным аппаратом стоят очень остро: имеет место разрыв преемственности терминосистемы, который стал следствием методологического кризиса отечественной науки в 1990-е гг. Интеграция российской науки в международное научное пространство сопровождалась замещением сложившейся в советской практике терминологии понятиями, используемыми в западной науке. Это способствовало вестернизации и технологизации научного языка исторической науки, который стремительно обновляется вместе с развитием компьютерных технологий.

Остро стоит вопрос о необходимости нормализации используемого понятийного аппарата, систематизации понятий, так или иначе связанных с использованием компьютерных технологий – «историческая информатика», «Historical Computing», «Historical Information Science», «Digital Humanities» (цифровая гуманитаристика) и «Digital History» (цифровая история) и др. Каждое из них имеет свою историю, область применения, отличается смысловыми нюансами в обозначении общего процесса информатизации научно-гуманитарной сферы, что нашло отражение в монографии И. М. Гарсковой [2, с. 113–121]. Применительно к отечественной практике особую актуальность приобретает соотношение категорий «историческая информатика» и Digital History.

Рассматривая историю появления и использования указанных терминов, Л. И. Бородкин и И. М. Гарскова выделили их общие черты и особенности. Общее – это использование возможностей компьютерной техники и технологий для работы с исторической информацией (сбор, систематизация, анализ, презентация), в том числе их адаптация к задачам и специфике исторической науки. Различие состоит в особенностях рефлексии процессов компьютеризации и информатизации истории: в рамках исторической информатики просматривается тенденция к теоретико-методологическим обобщениям и анализу особенностей формирования новой информационной среды исторической науки. Проблематика Digital history ограничивается, преимущественно, технологическими вопросами, в том числе разработкой методов цифровой записи документов; атрибуции цифрового контента; совершенствованием технологий конвертации устаревших форматов в более современные, организацией доступа к оцифрованным данным. Но самое главное, историческая информатика появилась в результате специализации как отрасль исторической науки, а Digital history как ответвление Digital Humanities , т.е. представляет собой экспериментальную площадку для апробации новых IT-технологий для решения задач гуманитаристики [2, с. 142–143; 3, с. 8].

Эти выводы свидетельствуют о незавершенности цифрового поворота, динамика которого определяется, с одной стороны, темпами развития новых технологий, а с другой – готовностью исторического сообщества их использовать для решения своих задач. Если прогнозировать перспективы исторической науки в условиях цифровой революции, которая отличается глобальным характером, то вполне логичным представляется вывод о цифровизации исторической науки и переходе не только истории, но и в принципе всей научной деятельности в новый формат электронно-цифровых коммуникаций.

Рассмотрим в динамике стадии цифрового поворота и последовательность трансформации научных практик с учетом особенностей развертывания последней (цифровой) информационной революции, поскольку эти процессы взаимосвязаны.

В научной литературе присутствуют разные точки зрения на число и содержание информационных революций, которые пережило и переживает человечество [4]. Если брать во внимание господствующие информационные технологии, то можно выделить 3 основные эпохи (древность – цивилизация – глобальное информационное общество) и, соответственно, две информационные революции, связанные с изобретением письменности и электричества (см. табл. 1).

Древность в информационном плане характеризуется монополией устных технологий, которые определяли темпы, границы развития локальных культур, их уникальность и своеобразие. Цивилизационный этап развития общества – это время формирования и господства письменной культуры, которая постепенно создала новый информационный профиль общества. В информационном плане развитие письменных коммуникаций связано с тем, что на смену устному сообщению приходит закодированный с использованием различных знаковых систем текст. Информационный этап эволюции общества связан с появлением компьютерных технологий, которые формируют принципиально новую для человека информационную среду, создавая новые возможности по обработке данных, скорости передачи, преобразования и доступности информации.

Таблица 1

Этапы эволюции информационной среды общества

Этап

Временные границы

Информационные технологии

Результаты, характерные черты

Древнейший (от стада к родоплеменному строю)

2,4 млн. лет – 5500 лет до н.э.

Устные технологии

Локальные замкнутые культуры, границы которых определялись возможностями устных коммуникаций. Медленное развитие общества

Первая информационная революция

5500 лет до н.э. (от пиктографии к алфавиту)

Появление письменности

Кодирование информации на независимых от человека материальных носителях

Цивилизационный этап

4 тыс. до н.э.– XX в. н.э.

Устные +

Письменные технологии

Формирование цивилизаций, государственности, где основным носителем информации выступает документ.

Вторая информационная революция

Вторая половина XIX - XX н.э.

Открытие электричества и изобретение ЭВМ

Кодирование информации в форме электрических сигналов, появление технических средств и каналов передачи информации

Информационный этап (глобальное общество)

Вторая половина XX века – XXI в.

Устные + письменные + компьютерные технологии

Единая, глобальная информационная среда, опирающаяся на возможности электронных технологий

Сегодня мы находимся на стадии перехода от письменной цивилизации к глобальному информационному обществу, переживая все сложности и проблемы социокультурных трансформаций, в том числе связанные с созданием и адаптацией новых информационных технологий к решению задач управления, образования, науки и т.д., а также их интеграцией в существующую информационную среду. Собственно, эти процессы и составляют суть цифрового поворота.

Революции – это процесс неодномоментный, он может охватывать десятки, сотни и даже тысячи лет, т.к. освоение новых информационных технологий представляет собой сложную образовательную задачу. Поэтому каждая информационная революция, включает определенные стадии: 1 – создание/разработка новых технологий; 2 – их освоение сначала профессиональным сообществом (специализация); а затем, 3 – всеми пользователями. Так, например, письменность возникла примерно 5 тысяч лет до н.э., а проблемы всеобщей грамотности были решены только в XX веке и то не до конца. Цифровая революция протекает более быстрыми темпами, но тоже требует времени. Следует учесть также, что компьютеризация различных сфер жизни общества происходит неравномерно, это непосредственно касается и научной среды.

Применительно к исторической науке можно выделить три основные стадии цифрового поворота: предварительный этап – математизации, начальный этап – компьютеризации и завершающий этап – информатизации исследовательских практик.

Предпосылкой «цифрового поворота» стало появление ЭВМ и проникновение количественных методов историческую науку (1960-е–1980-е гг.). Речь идет не о методах описательной статистики, которые используются в историческом исследовании уже давно, а о более сложных приемах статистического анализа, требующих серьезной математической основы. Этот процесс оказался достаточно противоречивым и потребовал немало времени, придавая исторической науке статус междисциплинарности, но принципиально не меняя методику исторического исследования, поскольку математические методы были и остаются вспомогательными.

Началом «цифрового поворота» можно считать освоение историками технологий обработки данных (1990-е – 2000-е гг.), среди которых наиболее продуктивным направлением оказались базы данных, позволяющие формировать цифровой ресурс на основе формализации массовых исторических источников, ранее практически не используемых историками. Кроме того, технология баз данных была доступна для обычного пользователя, каковым чаще всего и является типичный гуманитарий. Все другие компьютерные технологии – гипертекст, мультимедиа, геоинформационные системы и пр.— не так дружелюбны и предполагают кооперацию усилий разных специалистов, что является предпосылкой для развития коммуникативной междисциплинарности, ориентированной на преобразование информационной среды исторической науки, расширение ее тематического, методического и источникового поля.

На данной (начальной) стадии «цифрового поворота», которая приходится на конец XX – начало XXI века, в рамках исторической науки оформляется особое направление, получившее название «историческая информатика» и объединившее не более 10% историков, специализирующихся на использовании IT-технологий в исторических исследованиях. А сама «историческая информатика» позиционируется как область исторической науки, «аккумулирующая теоретические и прикладные знания, необходимые для компьютерной обработки исторических источников и анализа исторической проблематики» [5, с. 10].

Параллельно со специализацией историков и выделением исторической информатики в качестве самостоятельной отрасли исторической науки, получили развитие аналогичные процессы в рамках IT-наук. Здесь появились «цифровая гуманитаристика» и «цифровая история» как отражение диверсификации программных продуктов и их специализации с учетом особенностей объекта программирования. Такое разделение усилий IT‑специалистов и историков по реализации в общем-то общих задач характерно для начальной стадии «профессионального» освоения новых технологий.

Таким образом, если оценивать текущий момент развития исторической науки, то она находится на этапе сближения исторической информатики и Digital History с перспективой их слияния и локализации на междисциплинарном уровне взаимодействия в форме кооперации. Но и это не конечный результат цифрового поворота.

Завершение «цифрового поворота» предполагает: во-первых, освоение и использование компьютерных технологий в практике историописания основной массой историков (не менее 70%); во-вторых, обеспечение удаленного доступа к оцифрованной библиографической и архивной информации, достаточной для проведения исследования; в-третьих, представление результатов исследования преимущественно в цифровом виде. Последние два условия непосредственно связаны с формированием новой информационной инфраструктуры – созданием электронных библиотек и архивов. Несмотря на достигнутые успехи, в этом направлении предстоит сделать еще очень много и прогнозировать сроки завершения этой титанической работы очень сложно не только из-за ее капиталоемкости, но прежде всего из-за несовершенства технологий.

Для данной стадии характерна интеграция новых IT-технологий с традиционными устно-письменными коммуникациями и превращение компьютера в основной инструмент исследовательских практик.

В условиях развертывания цифрового поворота неизбежным является изменение компетентностного профиля историка, который должен не только иметь общее представление, но и владеть базовыми компьютерными технологиями, а также навыками поиска, оценки достоверности и аутентичности электронных документов, компьютерными способами обработки данных и презентации результатов исследования.

Уже сегодня историк не обходится без использования компьютера, за редким исключением убежденных приверженцев рукописных технологий. Спектр режимов применения компьютеров и IT-технологий в исторических исследованиях достаточно широк: от базового (составление и оформление текста, построение таблиц и графиков, поиск в сети библиографической информации и опубликованных источников, иллюстративных материалов, а порой и архивных документов) и начального (владение технологией БД и электронными таблицами) до продвинутого (освоение профессионально ориентированных технологий – ГИС, гипертекст, сайтостроение и др.).

Но владение технологиями – это, так называемый, инструментальный компетентностный уровень. Сложнее обстоит дело с адаптацией традиционных приемов источниковедческого анализа к оценке достоверности, полноты и аутентичности электронных документов, в том числе электронных копий. Здесь требуется разработка новых методических приемов, что является одной из теоретических задач исторической информатики.

Итак, «цифровой поворот» в исторической науке выступает частным случаем цифровой информационной революции, нацеленной на создание инфосферы глобального общества. Понятие «инфосферы» в 1988 г. ввел А. П. Ершов, включив в него три основных элемента: средства телекоммуникации, компьютерные средства и информационные ресурсы, которые в них хранятся, обрабатываются и с их помощью распространяются [6]. В целом, информационная сфера современного общества представляет собой многослойное явление, в структуре которого электронная информация занимает все более значимое место, постепенно вытесняя устные и письменные сообщения, что непосредственно отражается на исследовательских практиках.

Бюджеты крестьянских хозяйств и историческая информатика

Для «цифрового поворота» характерно неравномерное включение в этот процесс различных направлений исторической науки: в первую очередь он охватывает историко-экономические и историко-демографические исследования; медленнее происходит компьютеризация историко-социальной, историко-культурной и историко-политической проблематики. Отличие определяется внутренним контентом – при изучении историко-экономической и историко-демографической проблематики активно используются количественные показатели и, соответственно, есть потребность в их обработке и гибком оперировании, что существенно облегчается с приходом в науку ЭВМ.

Можно найти много примеров для иллюстрации этапов и проблем «цифрового поворота» в исторической науке, а также его результатов. Остановимся подробнее на историографии изучения крестьянских бюджетов. В отечественной науке историко-аграрное направление стало той экспериментальной площадкой, на которой проходила апробация новых технологий, связанных с внедрением ЭВМ. Причин тому несколько:

1 – аграрная тематика естественным образом опирается на статистику и методы количественного анализа, что создавало идеальные условия для использования математического инструментария и возможностей ЭВМ. В 1960–1980-е гг. историками-аграрниками были получены интересные результаты, основанные на применении методов корреляции, регрессии, кластерного анализа и др., которые существенно расширили границы проблематики аграрной истории, выведя ее на принципиально новый теоретический уровень [см., например: 7–11];

2 – аграрная тематика была обеспечена комплексной источниковой базой, основу которой составляли массовые источники – писцовые книги, сельскохозяйственные переписи, бюджетная статистика, в том числе первичные материалы, которые послужили в дальнейшем источником для создания первых баз данных.

Таким образом, историко-аграрное направление обладало необходимыми предпосылками для первоочередной реализации задач математизации и компьютеризации.

Заметный интерес в 1970-е–1980-е гг. историки проявили к бюджетам крестьянских хозяйств 1920-х гг. Этими источниками занимались М. Н. Черноморский, Ю. П. Бокарев, Н. Г. Миняйло, В. А. Обожда, Н. Л. Рогалина, В. М. Селунская, В. П. Пушков и др. [см.: 8, 12–16], заложив основы историографии бюджетной статистики. Исследования бюджетов в этот период носили ярко выраженный методический характер: изучались проблемы репрезентативности выборочной совокупности бюджетов, а также использование методов многомерной статистики (регрессии, корреляции и проч.) для изучения процессов социально-экономической дифференциации крестьянства. Исследования проводились в основных центрах российской клиометрии – лаборатории по применению математических методов и ЭВМ в исторических исследованиях при Институте истории СССР АН СССР, образованной в 1971 г. (рук. Л. В. Милов) и на кафедре источниковедения на историческом факультете МГУ, в структуре которой была создана группа по применению математических методов и ЭВМ (рук. И. Д. Ковальченко) [17, с. 76].

Обращение к бюджетной статистике 1920-х гг. во многом определялось тем, что для исследователей были доступны результаты бюджетных обследований. Они регулярно публиковались органами статистики в 1920-е гг., причем публикации содержали не только аналитические материалы, но и первичные данные, нормализованные в форме таблицы [18, 19 и др.]. Организованная таким образом информация оказалась очень удобной для математической обработки на ЭВМ. Однако применение вычислительной техники ограничивалось расчетами и не сопровождалось созданием баз данных как самостоятельного ресурса многоцелевого использования. Таким образом, вплоть до конца 1980-х гг. изучение бюджетов крестьянских хозяйств развивалось исключительно в русле математизации.

Качественно новый этап в историографии бюджетов крестьянских хозяйств связан с микрокомпьютерной революцией и созданием доступных для обычного пользователя прикладных программ – офисных приложений, в числе которых наиболее востребованными оказались базы данных и электронные таблицы. В частности, изучению бюджетов рабочих и крестьян с использованием технологии баз данных были посвящены кандидатские диссертации Ю. П. Комиссарова, Л. Н. Мазур, Л. М. Кадочниковой [20—22]. Важной чертой этих исследований стало обращение к архивным материалам и использование первичных форм бюджетных обследований, на основе которых создавались базы данных, в дальнейшем подвергавшиеся математической обработке. В этом случае источниковедческий анализ документальных комплексов бюджетной статистики сочетался с разработкой методики и был ориентирован на проблемно-историческую интерпретацию полученных результатов. Авторы анализировали процессы социально-экономической дифференциации рабочих и крестьян, их образ жизни, уровень материального благосостояния, особенности питания, распределение времени, потребления. В целом, изучение бюджетной статистики с использованием компьютерных технологий и математических методов послужило толчком к разработке новых тем и методологических подходов в контексте социальной истории и истории повседневности.

Любопытно, что параллельно с появлением первых работ по изучению бюджетов с использованием математических методов, активизировались исследования историков, работавших с региональными архивными фондами в традиционном режиме. Они анализировали, преимущественно, статразработочные таблицы, составленные органами статистики по итогам бюджетных обследований, а также годовые Аналитические отчеты.

Наиболее активно работа по изучению крестьянских бюджетов 1920–х–1980-х гг. велась в Вологодской области и на Среднем Урале. В Вологде сложилась аграрная научная школа под руководством М. А. Безнина, в центре внимания которой находились проблемы социально-экономической истории крестьянства Русского Севера 1930–1980-х гг., в том числе вопросы материального благосостояния колхозников [см.: 23–28].

В рамках уральской аграрной школы следует отметить работы Р. П. Толмачевой, Г. Е. Корнилова, В. П. Мотревича, М. Н. Денисевича, В. Н. Мамяченкова [см.: 29–39]. Информационный потенциал бюджетных обследований был использован ими для анализа разных аспектов образа жизни крестьян – семьи, хозяйства, быта, доходов, потребления и проч.

Параллельное изучение бюджетной статистики с использованием разных методических подходов хорошо иллюстрирует особенности цифрового перехода, суть которого состоит в интеграции «старых» и «новых» технологий. Тематика, разработка которой началась благодаря математизации, в дальнейшем подхватывается историками, работающими в классическом ключе. В результате формируется общее тематическое поле, которое разрабатывается представителями разных направлений, дополняя и уточняя друг друга. Причем использование традиционных методов для изучения бюджетной статистики также дает свой позитивный результат, в частности происходит генерализация исследовательской проблематики и включение ее в общеисторический контекст.

На этой стадии историографии бюджетной статистики соотношение историков-информатиков и историко-аграрников составляло 1:10, что свидетельствует о процессах специализации.

Особенности компьютеризации исторической науки в 1990-е были обобщены в монографии И. М. Гарсковой, которая не только проанализировала накопленный опыт работы с базами данных, выделила тенденции цифровизации исторической информации, но и описала ряд систем, созданных в МГУ на основе массовых источников статистического, формулярного и нарративного типов [40, с. 133–185].

Технология баз данных в начале 1990-х гг. позволяла ввести в научный оборот первичную информацию, но формировала ресурс одноразового использования, ориентированный на решение определенной исследовательской задачи, связанный с использованием математического инструментария, т.е. первоначально не выходила за рамки процессов математизации. Несмотря на это, базы данных стали своеобразным символом компьютеризации исторической науки и, благодаря введению в стандарт образования историков соответствующих дисциплин, в начале 2000-х гг. превратились во вполне стандартный исследовательский инструмент.

Информатизация исторической науки, развернувшаяся в конце 1990-х гг. вместе с распространением сетевых технологий и развитием интернета сулила более широкие возможности, чем просто создание локальных БД. Задача формирования новой информационной среды с ресурсами удаленного доступа начала обсуждаться еще в конце 1980-х гг. В частности, Т. И. Славко, возглавившая лабораторию количественных методов в исторических исследованиях в Институте истории и археологии УрО АН СССР, предложила концепцию банка данных «Урал в XX веке» [41], основанную на применении универсальной методики нормализации сведений архивных источников и перевода их в формат базы данных [см.: 42–43]. Проект остался незавершенным из-за объективных причин: сетевые технологии в то время еще не пришли в историческую науку, соответственно реализованная версия банка данных была локальной и быстро устарела.

В 2000-е гг. в научном сообществе историков-информатиков активно обсуждались проблемы, связанные с созданием ресурсов удаленного пользования с использованием новых технологий – геоинформационных, мультимедийных, гипертекстовых. Постепенно начинает формироваться новая информационная среда, изменяющая режим работы историков. В частности, в 2010-е гг. реализуется ряд интернет-проектов, обеспечивающих доступ к историческим данным широкому кругу исследователей. К ним относится база данных «Динамика экономического и социального развития России в XIX – начале ХХ вв.», созданная на историческом факультете МГУ [http://www.hist.msu.ru/Labs/Ecohist/version/r_databa.htm]. В Алтайском государственном университете в 2011–2016 гг. была разработана информационная система «Профессии и занятия населения Российской империи конца XIX – начала XX века. Анализ данных Первой всероссийской переписи населения 1897 года» [http://hcod.asu.ru/]. Современное состояние информационной среды исторической науки можно оценить по каталогу историко-ориентированных систем, созданному Центром цифровой гуманитаристики Пермского университета. На сайте проекта ««Историко-ориентированные информационные системы» (рук. С. И. Корниенко) размещено описание и поисковый инструментарий к 1133 отечественным и зарубежным разработкам [http://digitalhistory.ru/katalog-sistem/poisk-po-sistemam/].

Эти и многие другие проекты были подготовлены в рамках исследований, проведенных в русле исторической информатики, а также Digital History . Между тем, современная ситуация характеризуется включением в процесс информатизации исторической науки не только историков-информатиков, но и широкого круга исследователей. Росархив на портале «Архивы России» помимо информационно-поисковых архивных систем предлагает пользователям раздел «Архивные он-лайн проекты» [http://www.rusarchives.ru/arhivnye-online-proekty], в которых представлены оцифрованные архивные документы, систематизированные по определенной тематике. Большой популярностью пользуется волонтерский проект “Прожито” - электронный архив рукописей, текстовый корпус личных дневников, начало которому было положено в 2015 г. [http://prozhito.org/about]. Система позволяет не только читать личные дневники, загруженные в систему, но проводить выборку по авторам, времени, месту, языку записи, а также по упоминаемым в дневниках персонам и ключевым словам.

Что касается материалов бюджетных обследований, то здесь список ресурсов удаленного доступа небольшой. В 2014 году был закончен проект «Аграрный строй России 1930–1980-х гг.», созданный Т. М. Димони и М. А. Безниным при поддержке РФФИ [44]. Это полнотекстовая система, где представлены публикации авторов по аграрной тематике, а также есть раздел «Базы данных по аграрной истории Европейской части России», который включает следующие тематические разделы: население и расселение; крестьянская семья; бюджет семей колхозников; капиталы сельского хозяйства; крестьянская базарная торговля; повинности; социально-профессиональный состав российской деревни; законодательство; финансово-кредитные отношения; землепользование; сельскохозяйственное производство, уклады; социальный протест; частушки; письма крестьян; библиография; фотоархив; разное. Материалы статистики, в том числе бюджетной, представлены в формате электронных таблиц в виде динамических рядов со сводными демографическими, хозяйственными, бюджетными показателями за 1950–1980-е гг.[ http://beznin-dimoni.vologda-uni.ru/page-5.html].

В Уральском федеральном университете при финансовой поддержке РФФИ в настоящее время ведется работа над интернет-проектом «Эволюция крестьянской семьи на Среднем Урале в XX веке: опыт реконструкции по материалам бюджетных обследований» [https://idun.urfu.ru/index.php?id=20324]. Цель проекта – сделать доступными научному сообществу не только результаты исследования, в центре которого находится крестьянская семья и ее эволюция под влиянием индустриализации и урбанизации, демографического перехода, но и первичные данные бюджетной статистики.

Информационную основу системы составляет динамическая база данных, включающая номинативные сведения, содержащиеся в первичных бланках бюджетных обследований крестьянских хозяйств за 1928/1929, 1963 гг. Структура базы данных включает 40 сквозных признаков, разбитых на блоки:

Демографический – характеристика главы семьи (пол, возраст, национальность, грамотность, участие в общественных организациях), сведения о численности и структуре семьи, поле и возрасте всех членов семьи, количестве несовершеннолетних детей, демографическом типе семьи;

Хозяйственный – год образования хозяйства, количество земли, скота (по видам), птицы, площадь посевов под огородные и зерновые культуры, сенокосы, ремесленные производства, транспорт, жилищные условия;

Бюджет – объем и структура доходов и расходов за год; потребление; наличие предметов культурно-бытового назначения.

Выбор указанных массивов для анализа семейных процессов в крестьянской среде определялся следующими факторами: во-первых, степенью полноты сохранившегося комплекса первичных бланков бюджетных обследований, которые можно формализовать в виде БД. В частности, в Государственном архиве Свердловской области были обнаружены 325 из 400 бланков за 1928/1929 гг. [Государственный архив Свердловской области (ГАСО), ф. 1812, оп. 2, д. 39–60]; 221 контрольная тетрадь статистика за 1963 г. из 400 [ГАСО, ф.1813, оп. 14, д. 3578–3585]; во-вторых, указанные даты соответствуют поворотным моментам истории российского крестьянства. Конец 1920-х гг. можно рассматривать как точку отсчета социалистической модернизации деревни. Середина 1960-х гг. знаменует окончание демографического перехода и формирование новой демографической ситуации в сельской местности, характерной чертой которой стала депопуляция сельского населения сначала в Нечерноземье, а впоследствии и в черноземных областях РСФСР [см. подробнее: 45–46].

Создание динамической проблемно-ориентированной базы данных на основе двух разновременных массивов семейных бюджетов, приведенных к сопоставимому виду, является основой для изучения эволюции крестьянской семьи в XX веке. Ее будет дополнять электронный архив, представленный сканами первичных бланков бюджетных обследований, который выполняет двоякую функцию: информационного ресурса, позволяющего при необходимости расширить и дополнить имеющиеся структуры данных; а также контроля корректности ввода информации. Кроме того, не вся информация бланков была нормализована в БД, поэтому важно сохранить прототип записи и сделать его доступным для пользователей системы.

Помимо динамической базы данных в структуре информационной системы есть разделы: «О проекте»; «События»; «Участники проекта», «Библиография»; «Публикации»; «Ссылки на тематические ресурсы».

Создание подобных интернет-ресурсов можно рассматривать как вариант комплексной презентации основных аспектов исследования, что придает ему методологическую прозрачность: пользователь системы может ознакомиться не только с итогами научной работы, оформленными в виде статей и монографий, но и проанализировать те данные, на которые опирались авторы.

Выводы

Трансформация научно-исследовательских практик в ходе «цифрового поворота», как показывает опыт, проходит несколько стадий: от использования вычислительных возможностей компьютерной техники к созданию новой информационной среды, которая, наряду с традиционными библиотечно-архивными системами, начинает влиять не только на исследовательские технологии, ускоряя и облегчая поиск информации, делая ее более доступной, но и на постановку задач научной работы. С одной стороны, расширяются возможности для компаративистики и проведения сравнительных исследований на межрегиональном и межстрановом уровне. С другой, формируются условия для углубленной аналитики с использованием методов моделирования и количественного анализа. В результате информатизацию исторических исследований следует рассматривать не только как технологический процесс, она, расширяя методический арсенал историка, выводит на новый качественный уровень историческое познание.

Библиография
1.
Бородкин Л. И. «Цифровой поворот» в дискуссиях на XXII Международном конгрессе исторических наук (Китай, 2015 г.) // Историческая информатика. № 3–4. 2015. С. 56–67.
2.
Гарскова И. М. Историческая информатика. Эволюция междисциплинарного направления. СПб.: Алетейя, 2018. 408 с.
3.
Бородкин Л. И., Гарскова И. М. Историческая информатика: перезагрузка? // Вестник Пермского университета. Серия "История". Вып. 2 (16). 2011. С. 5–11. С. 8.
4.
Кулямин В. В. Информационная революция // Большая российская энциклопедия : [в 35 т.] / гл. ред. Ю. С. Осипов. М. : Большая российская энциклопедия, 2004—2017. URL: https://bigenc.ru/technology_and_technique/text/2015889 (дата обращения 12.08.2019).
5.
Бородкин Л. И., Гарскова И. М. Историческая информатика: перезагрузка? // Вестник Пермского университета. Серия «История». 2011. Вып. 2(16). С. 5–11.
6.
Соловьёв И. В. О происхождении и содержании понятия «инфосфера». Инфосфера как объект исследования наук об информации // Фундаментальные исследования. № 6 (1). 2013. С. 66–71.
7.
Ковальченко И. Д., Бородкин Л. И. Аграрная типология губерний Европейской России на рубеже XIX—XX вв. // История СССР. № 1. 1979. С. 71–92.
8.
Миняйло Н. Г. Опыт применения корреляционного анализа при обработке крестьянских бюджетов // Математические методы в исследованиях по социально-экономической истории: сб. статей / под ред. И. Д. Ковальченко. М.: наука, 1975. С. 128–151.
9.
Мошков Ю. А. Опыт применения корреляционного анализа в изучении отчетов о распределении колхозных доходов в начале массовой коллективизации (По материалам Северокавказского края) // Источниковедение отечественной истории: сборник статей. Вып. 1 / гл. ред. Н. И. Павленко. М.: Наука, 1973. С. 378–394.
10.
Пушков, В. П., Промахина, И. М. Опыт применения факторного анализа для классификации, изучения структуры и моделирования социальных типов крестьянских хозяйств (по материалам крестьянских бюджетов Украины 20-х гг. XX века // Математические методы в исторических и археологических исследованиях : сб. статей. М.: Наука, 1981. С. 31–76.
11.
Хвостова К. В. Количественный подход в средневековой социально-экономической истории. М.: Наука, 1980. 203 с.
12.
Обожда В. А. Методы изучения социально-экономического строя крестьянского хозяйства советской доколхозной деревни : (По данным бюджетных обследований крестьянства Урала) : Автореферат дис. кандидата исторических наук. М., 1975.
13.
Черноморский М. Н. Выборочные обследования и крестьянские бюджеты как источник по истории социально-экономических отношений в годы нэпа // Труды МГИАИ. 1954. Т. 7. С. 29–94.
14.
Бокарев Ю. П. Бюджетные обследования крестьянских хозяйств 1920-х гг. как исторический источник. М.: Наука, 1981. 308 с.
15.
Бокарев Ю. П. Вопросы методики определения репрезентативности крестьянских бюджетов 20-х гг. // История СССР. 1974. № 4. С. 117–132;
16.
Калмыкова А. И., Рогалина Н. Л., Селунская В. М. Опыт применения количественных методов в изучении социальной структуры доколхозной деревни (по бюджетным обследованиям крестьянских хозяйств 1924/25 г.) // Математические методы в социально-экономических и археологических исследованиях : сб. ст. под ред. И. Д. . Ковальченко. М.: Наука, 1981. С. 7–30.
17.
Бородкин Л. И. И. Д. Ковальченко и отечественная школа квантитативной истории // Материалы научных чтений памяти академика И.Д. Ковальченко / Отв. ред. С.П. Карпов. М.: Изд-во «Мосгорархив», 1997. С. 74–87.
18.
Бюджеты крестьянских хозяйств на Урале за 1925/26 г. Свердловск: Издание Уральского областного статистического управления, 1928. 271 с.
19.
Крестьянские бюджеты 1924 г. Вып. 1. Воронеж: Воронежское губстатбюро, 1926. 273 с.
20.
Комиссаров Ю. П., Славко Т. И. Бюджетные обследования рабочих 20-х годов как исторический источник. Свердловск: Уральский университет, 1991. 158 с.
21.
Мазур Л. Н. Бюджеты колхозников как источник по социально-экономической структуре крестьянства Среднего Урала в I-й половине 1960-х годов : автореферат диссертации … канд. истор. наук. Свердловск, 1992.
22.
Кадочникова Л. М. Бюджетные обследования как источник изучения уровня жизни рабочих Тюменской области : автореферат диссертации … канд. истор. наук. Екатеринбург, 1998.
23.
Безнин М. А. Крестьянский двор в Российском Нечерноземье 1950–1965 гг. М.; Вологда: ВГПУ, 1991. 256 с.
24.
Безнин М. А., Карпов С. Г., Савина Н. В. Приусадебное хозяйство колхозников Европейского Севера России в 1960-1980-е гг. Вологда: ВГПУ, 2001. 146 с.
25.
Безнин М. А. Крестьянские бюджеты в 1940–1960-е гг.: Учебное пособие. Вологда: ВГПУ, 2002. 92 с.
26.
Безнин М. А. Материальное благосостояние колхозной семьи в Нечерноземье (1959-1965 гг.) // История СССР. 1989. № 1. С. 27–40.
27.
Карпов С. Г., Гулин К. А. Материальное положение колхозной семьи в Вологодской области в 1965 – 1985 годах // Вологда: краеведческий альманах / под ред. М. А. Безнина. Вып. 3. Вологда: «Легия», 2000. С. 203–214.
28.
Гулин К. А., Димони Т. М. Карпов С. Г. Бюджет и имущество крестьян Европейского Севера России второй половины ХХ века. Вологда. ВГПУ: «Русь», 2003. 202 с.
29.
Материальное благосостояние тружеников уральской советской деревни. 1917–1987: сб. статей / под ред. Р. П. Толмачевой. Свердловск: УрО АН СССР, 1990. 143 с.
30.
Толмачева Р. П. Колхозы Урала в первые послевоенные годы (1946–1950 гг.). Томск: Томский университет, 1979. 221 с.
31.
Толмачева Р. П. Колхозы Урала в 50-е годы. Томск: Томский университет, 1981. 191 с.
32.
Корнилов Г. Е. Уральская деревня в период Великой Отечественной войны. Свердловск: Изд-во Урал. ун-та, 1990. 334 с.
33.
Мотревич В. П. Колхозы Урала в годы Великой Отечественной войны. Свердловск: Изд-во Урал. ун-та, 1990. 196 с.
34.
Мотревич В. П. Материальное благосостояние колхозников Урала в 50-е-первой половине 60-х гг. : методические рекомендации и материалы к спец-семинару по истории советского общества. Свердловск : Уральский государственный университет, 1990. 36 с.
35.
Берсенев Л. И. Колхозы Урала в 1966–195 гг.: Автореф. дисс. … канд. ист. наук. Свердловск, 1985.
36.
Акифьева М. В. Колхозное крестьянство Урала (1959 – 1970 гг.): Автореф. дис. … канд. ист наук. Свердловск, 1987.
37.
Денисевич М. Н. Индивидуальное хозяйство на Урале. Свердловск: Наука, 1991. 196 с.
38.
Мамяченков В. Н. Материальное положение колхозников Урала в послевоенные годы, 1946-1960-е гг. : Автореф. дисс… канд. ист. наук. Екатеринбург, 1999.
39.
Мамяченков В. Н. Статистические обследования семейных бюджетов населения СССР: проблема достоверности (по материалам Государственного архива Свердловской области) // Научный диалог. 2017. № 1. С. 157–181.
40.
Гарскова И. М. Базы и банки данных в исторических исследованиях. Москва; Gottingen: Scripta Mercaturae Verlag, 1994. 215 с.
41.
Славко Т. И. Научно-исследовательская программа "Банк данных по региональной истории: Урал в XX веке" // Круг идей: новое в исторической информатике. Труды I конференции АИК / Ред. Л. И. Бородкин и В. С. Тяжельникова. М.: Изд-во Московского городского объединения архивов, 1994. С. 90–98.
42.
Славко Т. И. Математические методы в изучении истории советского рабочего класса. М.: Наука, 1991. 134 с.
43.
Славко Т. И. Творческая активность рабочего класса: (Массовые источники, методы изучения по материалам Татарской АССР 60–70-х гг.). Казань: Татар. кн. изд-во, 1987. 181 с.
44.
Безнин М. А., Димони Т. М. База данных по аграрной истории Европейской России 1930 1980-х годов: опыт проектирования // Проблемы развития территории. 2012. Вып. 5 (61). С. 118–124.
45.
Мазур Л. Н. Крестьянская семья на Среднем Урале в первой половине 1960-х гг.: Опыт реконструкции по материалам бюджетных обследований колхозников // Проблемы отечественной и зарубежной истории, теории и методики обучения истории. Сборник научных статей. Екатеринбург: УрГПУ, 2002. С. 130–144.
46.
Мазур Л. Н. Крестьянский двор на Среднем Урале в первой половине 60-х годов (По материалам бюджетных обследований) // ЭВМ и математические методы в исторических исследованиях. М.: Изд-во ИРИ РАН,1993. С.139–165.
References (transliterated)
1.
Borodkin L. I. «Tsifrovoi povorot» v diskussiyakh na XXII Mezhdunarodnom kongresse istoricheskikh nauk (Kitai, 2015 g.) // Istoricheskaya informatika. № 3–4. 2015. S. 56–67.
2.
Garskova I. M. Istoricheskaya informatika. Evolyutsiya mezhdistsiplinarnogo napravleniya. SPb.: Aleteiya, 2018. 408 s.
3.
Borodkin L. I., Garskova I. M. Istoricheskaya informatika: perezagruzka? // Vestnik Permskogo universiteta. Seriya "Istoriya". Vyp. 2 (16). 2011. S. 5–11. S. 8.
4.
Kulyamin V. V. Informatsionnaya revolyutsiya // Bol'shaya rossiiskaya entsiklopediya : [v 35 t.] / gl. red. Yu. S. Osipov. M. : Bol'shaya rossiiskaya entsiklopediya, 2004—2017. URL: https://bigenc.ru/technology_and_technique/text/2015889 (data obrashcheniya 12.08.2019).
5.
Borodkin L. I., Garskova I. M. Istoricheskaya informatika: perezagruzka? // Vestnik Permskogo universiteta. Seriya «Istoriya». 2011. Vyp. 2(16). S. 5–11.
6.
Solov'ev I. V. O proiskhozhdenii i soderzhanii ponyatiya «infosfera». Infosfera kak ob''ekt issledovaniya nauk ob informatsii // Fundamental'nye issledovaniya. № 6 (1). 2013. S. 66–71.
7.
Koval'chenko I. D., Borodkin L. I. Agrarnaya tipologiya gubernii Evropeiskoi Rossii na rubezhe XIX—XX vv. // Istoriya SSSR. № 1. 1979. S. 71–92.
8.
Minyailo N. G. Opyt primeneniya korrelyatsionnogo analiza pri obrabotke krest'yanskikh byudzhetov // Matematicheskie metody v issledovaniyakh po sotsial'no-ekonomicheskoi istorii: sb. statei / pod red. I. D. Koval'chenko. M.: nauka, 1975. S. 128–151.
9.
Moshkov Yu. A. Opyt primeneniya korrelyatsionnogo analiza v izuchenii otchetov o raspredelenii kolkhoznykh dokhodov v nachale massovoi kollektivizatsii (Po materialam Severokavkazskogo kraya) // Istochnikovedenie otechestvennoi istorii: sbornik statei. Vyp. 1 / gl. red. N. I. Pavlenko. M.: Nauka, 1973. S. 378–394.
10.
Pushkov, V. P., Promakhina, I. M. Opyt primeneniya faktornogo analiza dlya klassifikatsii, izucheniya struktury i modelirovaniya sotsial'nykh tipov krest'yanskikh khozyaistv (po materialam krest'yanskikh byudzhetov Ukrainy 20-kh gg. XX veka // Matematicheskie metody v istoricheskikh i arkheologicheskikh issledovaniyakh : sb. statei. M.: Nauka, 1981. S. 31–76.
11.
Khvostova K. V. Kolichestvennyi podkhod v srednevekovoi sotsial'no-ekonomicheskoi istorii. M.: Nauka, 1980. 203 s.
12.
Obozhda V. A. Metody izucheniya sotsial'no-ekonomicheskogo stroya krest'yanskogo khozyaistva sovetskoi dokolkhoznoi derevni : (Po dannym byudzhetnykh obsledovanii krest'yanstva Urala) : Avtoreferat dis. kandidata istoricheskikh nauk. M., 1975.
13.
Chernomorskii M. N. Vyborochnye obsledovaniya i krest'yanskie byudzhety kak istochnik po istorii sotsial'no-ekonomicheskikh otnoshenii v gody nepa // Trudy MGIAI. 1954. T. 7. S. 29–94.
14.
Bokarev Yu. P. Byudzhetnye obsledovaniya krest'yanskikh khozyaistv 1920-kh gg. kak istoricheskii istochnik. M.: Nauka, 1981. 308 s.
15.
Bokarev Yu. P. Voprosy metodiki opredeleniya reprezentativnosti krest'yanskikh byudzhetov 20-kh gg. // Istoriya SSSR. 1974. № 4. S. 117–132;
16.
Kalmykova A. I., Rogalina N. L., Selunskaya V. M. Opyt primeneniya kolichestvennykh metodov v izuchenii sotsial'noi struktury dokolkhoznoi derevni (po byudzhetnym obsledovaniyam krest'yanskikh khozyaistv 1924/25 g.) // Matematicheskie metody v sotsial'no-ekonomicheskikh i arkheologicheskikh issledovaniyakh : sb. st. pod red. I. D. . Koval'chenko. M.: Nauka, 1981. S. 7–30.
17.
Borodkin L. I. I. D. Koval'chenko i otechestvennaya shkola kvantitativnoi istorii // Materialy nauchnykh chtenii pamyati akademika I.D. Koval'chenko / Otv. red. S.P. Karpov. M.: Izd-vo «Mosgorarkhiv», 1997. S. 74–87.
18.
Byudzhety krest'yanskikh khozyaistv na Urale za 1925/26 g. Sverdlovsk: Izdanie Ural'skogo oblastnogo statisticheskogo upravleniya, 1928. 271 s.
19.
Krest'yanskie byudzhety 1924 g. Vyp. 1. Voronezh: Voronezhskoe gubstatbyuro, 1926. 273 s.
20.
Komissarov Yu. P., Slavko T. I. Byudzhetnye obsledovaniya rabochikh 20-kh godov kak istoricheskii istochnik. Sverdlovsk: Ural'skii universitet, 1991. 158 s.
21.
Mazur L. N. Byudzhety kolkhoznikov kak istochnik po sotsial'no-ekonomicheskoi strukture krest'yanstva Srednego Urala v I-i polovine 1960-kh godov : avtoreferat dissertatsii … kand. istor. nauk. Sverdlovsk, 1992.
22.
Kadochnikova L. M. Byudzhetnye obsledovaniya kak istochnik izucheniya urovnya zhizni rabochikh Tyumenskoi oblasti : avtoreferat dissertatsii … kand. istor. nauk. Ekaterinburg, 1998.
23.
Beznin M. A. Krest'yanskii dvor v Rossiiskom Nechernozem'e 1950–1965 gg. M.; Vologda: VGPU, 1991. 256 s.
24.
Beznin M. A., Karpov S. G., Savina N. V. Priusadebnoe khozyaistvo kolkhoznikov Evropeiskogo Severa Rossii v 1960-1980-e gg. Vologda: VGPU, 2001. 146 s.
25.
Beznin M. A. Krest'yanskie byudzhety v 1940–1960-e gg.: Uchebnoe posobie. Vologda: VGPU, 2002. 92 s.
26.
Beznin M. A. Material'noe blagosostoyanie kolkhoznoi sem'i v Nechernozem'e (1959-1965 gg.) // Istoriya SSSR. 1989. № 1. S. 27–40.
27.
Karpov S. G., Gulin K. A. Material'noe polozhenie kolkhoznoi sem'i v Vologodskoi oblasti v 1965 – 1985 godakh // Vologda: kraevedcheskii al'manakh / pod red. M. A. Beznina. Vyp. 3. Vologda: «Legiya», 2000. S. 203–214.
28.
Gulin K. A., Dimoni T. M. Karpov S. G. Byudzhet i imushchestvo krest'yan Evropeiskogo Severa Rossii vtoroi poloviny KhKh veka. Vologda. VGPU: «Rus'», 2003. 202 s.
29.
Material'noe blagosostoyanie truzhenikov ural'skoi sovetskoi derevni. 1917–1987: sb. statei / pod red. R. P. Tolmachevoi. Sverdlovsk: UrO AN SSSR, 1990. 143 s.
30.
Tolmacheva R. P. Kolkhozy Urala v pervye poslevoennye gody (1946–1950 gg.). Tomsk: Tomskii universitet, 1979. 221 s.
31.
Tolmacheva R. P. Kolkhozy Urala v 50-e gody. Tomsk: Tomskii universitet, 1981. 191 s.
32.
Kornilov G. E. Ural'skaya derevnya v period Velikoi Otechestvennoi voiny. Sverdlovsk: Izd-vo Ural. un-ta, 1990. 334 s.
33.
Motrevich V. P. Kolkhozy Urala v gody Velikoi Otechestvennoi voiny. Sverdlovsk: Izd-vo Ural. un-ta, 1990. 196 s.
34.
Motrevich V. P. Material'noe blagosostoyanie kolkhoznikov Urala v 50-e-pervoi polovine 60-kh gg. : metodicheskie rekomendatsii i materialy k spets-seminaru po istorii sovetskogo obshchestva. Sverdlovsk : Ural'skii gosudarstvennyi universitet, 1990. 36 s.
35.
Bersenev L. I. Kolkhozy Urala v 1966–195 gg.: Avtoref. diss. … kand. ist. nauk. Sverdlovsk, 1985.
36.
Akif'eva M. V. Kolkhoznoe krest'yanstvo Urala (1959 – 1970 gg.): Avtoref. dis. … kand. ist nauk. Sverdlovsk, 1987.
37.
Denisevich M. N. Individual'noe khozyaistvo na Urale. Sverdlovsk: Nauka, 1991. 196 s.
38.
Mamyachenkov V. N. Material'noe polozhenie kolkhoznikov Urala v poslevoennye gody, 1946-1960-e gg. : Avtoref. diss… kand. ist. nauk. Ekaterinburg, 1999.
39.
Mamyachenkov V. N. Statisticheskie obsledovaniya semeinykh byudzhetov naseleniya SSSR: problema dostovernosti (po materialam Gosudarstvennogo arkhiva Sverdlovskoi oblasti) // Nauchnyi dialog. 2017. № 1. S. 157–181.
40.
Garskova I. M. Bazy i banki dannykh v istoricheskikh issledovaniyakh. Moskva; Gottingen: Scripta Mercaturae Verlag, 1994. 215 s.
41.
Slavko T. I. Nauchno-issledovatel'skaya programma "Bank dannykh po regional'noi istorii: Ural v XX veke" // Krug idei: novoe v istoricheskoi informatike. Trudy I konferentsii AIK / Red. L. I. Borodkin i V. S. Tyazhel'nikova. M.: Izd-vo Moskovskogo gorodskogo ob''edineniya arkhivov, 1994. S. 90–98.
42.
Slavko T. I. Matematicheskie metody v izuchenii istorii sovetskogo rabochego klassa. M.: Nauka, 1991. 134 s.
43.
Slavko T. I. Tvorcheskaya aktivnost' rabochego klassa: (Massovye istochniki, metody izucheniya po materialam Tatarskoi ASSR 60–70-kh gg.). Kazan': Tatar. kn. izd-vo, 1987. 181 s.
44.
Beznin M. A., Dimoni T. M. Baza dannykh po agrarnoi istorii Evropeiskoi Rossii 1930 1980-kh godov: opyt proektirovaniya // Problemy razvitiya territorii. 2012. Vyp. 5 (61). S. 118–124.
45.
Mazur L. N. Krest'yanskaya sem'ya na Srednem Urale v pervoi polovine 1960-kh gg.: Opyt rekonstruktsii po materialam byudzhetnykh obsledovanii kolkhoznikov // Problemy otechestvennoi i zarubezhnoi istorii, teorii i metodiki obucheniya istorii. Sbornik nauchnykh statei. Ekaterinburg: UrGPU, 2002. S. 130–144.
46.
Mazur L. N. Krest'yanskii dvor na Srednem Urale v pervoi polovine 60-kh godov (Po materialam byudzhetnykh obsledovanii) // EVM i matematicheskie metody v istoricheskikh issledovaniyakh. M.: Izd-vo IRI RAN,1993. S.139–165.

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

Предметом исследования рецензируемой статьи являются изменения, происходящие в методологии и исследовательском инструментарии исторической науки в условиях цифрового поворота. Статья, однако, включает в себя не только теоретико-методологическую часть, но и фрагмент конкретно-исторического исследования, связанный с изучением бюджетных обследований крестьянских хозяйств в XX в., иллюстрирующий и дополняющий основную часть статьи. Методология статьи изложена весьма подробно в авторском тексте, поскольку она определяет жанр самой публикации. Это цифровой поворот во всех его проявлениях, являющийся следствием очередной информационной революции и ведущий к серьезным изменениям во всех отраслях и направлениях научных исследований, связанных с их информатизацией. Все эти моменты проиллюстрированы автором на достаточно представительном историческом сюжете, основанном на исследовательских практиках аграрной истории. Актуальность статьи трудно переоценить, поскольку рассматриваемая тематика напрямую связана с событиями, происходящими на наших глазах и затрагивающими все стороны жизни научных сообществ, в том числе и исторического. Без их тщательного осмысления невозможно дальнейшее поступательное развитие исторической науки. Этим же обстоятельством определяется и научная новизна статьи, где важнейшим моментом является возможность не только определиться с текущим состоянием исторических исследований и зарождающимися новациями в них, но и оценить дальнейшие направления развития научных изысканий в наступившем «цифровом мире». Структура статьи вытекает естественным образом из предмета ее исследования. Вначале ставится общая проблема и констатируется технологическая сущность цифрового поворота. Затем дается краткий обзор развития исторической науки за последние десятилетия. Цифровой поворот «вписывается» автором статьи в канву последней информационной революции и связывается с математизацией, компьютеризацией и информатизацией исследовательских практик. При этом информатизация завершает цифровой поворот. Высказанные теоретические положения применяются к практике аграрной истории. Сделан краткий обзор изучения в отечественной науке бюджетов крестьянских хозяйств, и продемонстрированы изменения в их изучении, связанные с этапами цифрового поворота. В заключение делается ряд выводов, в частности, о влиянии информатизации на методический арсенал историка и переходе, в связи с этим, на качественно новый уровень исторического познания. Статья снабжена обширной библиографией, касающейся в основном ее второй, «практической» части. Статья носит дискуссионный характер, однако, прямых дискуссий в ней нет, хотя целый ряд положений статьи наводит на мысль о возможных спорах и несогласиях со стороны других авторов, что говорит о когнитивном потенциале настоящей публикации. Статья, безусловно, вызовет большой интерес не только специалистов в области исторической информатики, но и значительно более широкого круга читателей. Однако рекомендовать ее к печати напрямую невозможно в связи с двумя досадными моментами, связанными с оформлением. Во-первых, необходимо исправить нелепую ошибку в заголовке статьи («порота» вместо «поворота»), во-вторых, вынесенные отдельно ссылки на электронные ресурсы не работают: идет адресация в список литературы, а не в список ссылок. Поэтому ссылки на электронные ресурсы следует внести в основной библиографический список со сквозной нумераций, как это обычно делается в журнале. После устранения этих недочетов статья может быть опубликована.
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"