Статья 'Полицейский надзор за проституцией как неотъемлемая составляющая нравственного благочиния в условиях регламентации' - журнал 'Genesis: исторические исследования' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редакционный совет > Редакция и редакционная коллегия > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Online First Pre-Publication > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Genesis: исторические исследования
Правильная ссылка на статью:

Полицейский надзор за проституцией как неотъемлемая составляющая нравственного благочиния в условиях регламентации

Сидоркин Юрий Викторович

кандидат юридических наук

старший преподаватель, кафедра теории и истории государства и права, Федеральное государственное казенное образовательное учреждение высшего образования «Нижегородская академия Министерства внутренних дел Российской Федерации»

603950, Россия, Нижегородская область, г. Нижний Новгород, ул. Анкудиновское Шоссе, 3

Sidorkin Yurii Viktorovich

PhD in Law

Educator, the department of Theory and History of State and Law, Nizhny Novgorod Academy of the Ministry of Internal Affairs of the Russian Federation

603950, Russia, Nizhegorodskaya oblast', g. Nizhnii Novgorod, ul. Ankudinovskoe Shosse, 3

jurgen777@mail.ru
Орлов Дмитрий Викторович

кандидат юридических наук

доцент, кафедра теории и истории государства и права, Нижегородская академия МВД России

603950, Россия, Нижегородская область, г. Нижний Новгород, ул. Анкудиновское Шоссе, 3

Orlov Dmitrii Viktorovich

PhD in Law

Docent, the department of Theory and History of State and Law, Nizhny Novgorod Academy of the Ministry of Internal Affairs of the Russian Federation

603950, Russia, Nizhegorodskaya oblast', g. Nizhnii Novgorod, ul. Ankudinovskoe Shosse, 3

dm_orlov@rambler.ru

DOI:

10.25136/2409-868X.2020.4.32648

Дата направления статьи в редакцию:

16-04-2020


Дата публикации:

30-04-2020


Аннотация.

Авторы подробно рассматривают аспекты правоприменительной практики местных полицейских органов Российской империи по надзору за проституцией в условиях её регламентации со второй половины XIX века. Акцент делается на изучении деятельности полиции Нижегородской губернии, в которой врачебно-полицейский комитет был создан одним из первых наряду со столичными. Однако в фокусе внимания находится отнюдь не санитарный надзор, а именно надзор, осуществляемый полицейскими чиновниками за выполнением проститутками и лицами, вовлечёнными в организацию проституции, многочисленных административных норм и правил, регламентирующих данное ремесло. Исследование базируется на диалектическом методе познания, используя который удалось изучить полицейский надзор за проституцией в развитии и взаимосвязи всех его проявлений. События и факты, связанные с процессом регламентации проституции были изучены руководствуясь принципом историзма. Формально-юридический метод использовался при изучении ведомственных нормативных правовых актов и полицейской правоприменительной практики надзорной деятельности. Особым вкладом авторов исследования является изучение и введение в научный оборот архивных источников, на основе которых удалось воссоздать механизм надзорной деятельности, включающий в себя круг организационных мероприятий, местных полицейских органов за проституцией и её организацией. Определена роль полицейского надзора в обеспечении нравственного благочиния.

Ключевые слова: регламентация, врачебно-полицейский комитет, публичный дом, сводничество, проституция, благочиние, полицейский надзор, Российская империя, полиция, нравственность

Abstract.

The authors examine the aspects of law enforcement practice of the local police authorities of the Russian Empire with regards to surveillance over prostitution in the conditions of its regulation since the late XIX century. Emphasis is made on analysis of the activity of police in Nizhny Novgorod Governorate, which was among the first alongside the capital to establish medical-police committee. However, attention is focused not on the sanitary control, but rather surveillance carried out by the police officers over prostitutes and persons involved in organization of prostitution, multiple administrative norms and rules regulating such activity. The research is based on dialectical method of cognition that allows examining police surveillance over prostitution in evolution and interconnection of all its manifestations. The events and facts related to the process of regulation of prostitution were studied in accordance with the principle of historicism, Formal-legal method was applies in analyzing the departmental regulatory legal acts and police law enforcement practice of surveillance activity. The authors’ main contribution consists in examination and introduction into the scientific discourse of archival sources that helped to restore the mechanism of surveillance activity, which includes a range of organizational measures of local police authorities over prostitution and its organization.

Keywords:

medical police committee, brothel, pandering, piety, prostitution, police surveillance, Russian empire, police, regulation, moral

В современном российском обществе наряду с другими девиациями по-прежнему существует проституция, занятие которой преследуется по закону и влечет наступление административной ответственности. Организация проституции наносит больший вред общественной нравственности, следовательно, за совершение данных деяний предусмотрена уголовная ответственность. Однако в публичном пространстве продолжаются дискуссии по поводу легализации этого древнего ремесла. Сторонники данных мер не перестают спорить со своими противниками, используя, в том числе, серьезные аргументы, и, ссылаясь на опыт отдельных стран, где проституция легализована и успешно институализирована. При этом не стоит забывать о том, что в дореволюционной России легализованная проституция как явление просуществовала с 1843 по 1917 гг. В связи с этим обращение к историко-правовому опыту позволит использовать дополнительные аргументы как за, так и против легализации проституции[1]. В фокусе внимания авторов исследования находится аспект, связанный именно с надзором за проституцией со стороны полицейских органов. Данная разновидность полицейской функции также имела определённую специфику. Изучение внутренней организации полицейского надзора и процесса его правоприменения позволит достичь научной новизны. Интересно заметить, что в современных условиях организаторами преступного бизнеса, связанного с продажей сексуальных услуг, в том числе выступают не чистые на руку полицейские[2]. А в том случае если недобросовестные полицейские не являются организаторами, то проституция для них является способом получения преступного дохода за, так называемое, «крышевание»[3]. Поэтому стоит проявить интерес к деятельности дореволюционной полиции по надзору за законной проституцией и сопоставить этот опыт с современным состоянием, в условиях которого проституция является источником получения преступного дохода для коррумпированных полицейских.

В условиях сформировавшегося с начала XVIII века абсолютистского государства, вырабатываются направления деятельности правительственных органов по обеспечению надлежащего нравственного уровня своих поданных, включающие в себя меры по предупреждению и пресечению преступлений, наносящих вред общественной нравственности. С этой поры наблюдается тенденция по активной законодательной регламентации нравственных установок и ориентиров – вида социальных норм, долгое время не имеющих формального закрепления.

Известный дореволюционный теоретик полицейского права И.Е. Андреевский в своих трудах отмечал, что для удаления соблазнов, наносящих вред чистоте нравов, необходимо использовать правительственные меры наряду с общественным воздействием. Основными соблазнами, которые разрушали нравственный порядок, препятствовали нравственному развитию общества и способствовали нравственному падению людей, по его мнению, являлись: проституция, пьянство, азартные игры, демонстрация непристойностей в живописи и театре, грубое отношение к прислуге и жестокое обращение с животными[4, с. 7].

Анализ законодательства, а именно Устава о предупреждении и пресечении преступлений, регламентирующего деятельность общей полиции, позволяет сделать вывод о том, что надзор общей полиции распространялся только на первые три, указанные И.Е. Андреевским, соблазна. Нормы, предусмотренные Уставом о предупреждении и пресечении преступлений, по устранению выделяемых соблазнов, являлись самостоятельным направлением деятельности полиции по предупреждению и пресечению антиобщественного поведения [5, с. 111–112].

Несколько отличалась позиция другого дореволюционного правоведа В.Ф. Дерюжинского, который считал, что полиции следует вести борьбу не с безнравственными взглядами и принципами людей, а с внешним выражением этих начал, имеющих «свойство вызывать опасность нарушения охраняемых законом благ»[6, с. 312]. Иными словами, действия, которые проистекают из безнравственных взглядов и побуждений становятся условиями для совершения преступлений. Объектами полиции нравов у В.Ф. Дерюжинского в первую очередь выступали проституция и пьянство.

Одним из самых распространённых видов социальной девиации, наносившей серьезный вред общественной нравственности являлась проституция. Вся тяжесть борьбы с данным негативным явлением ложилась на местную полицию. С момента своего возникновения полицейские органы реализовывали государственную политику, заключавшуюся исключительно в репрессивных мерах по отношению ко всякому проявлению «непотребства». Однако проституция разлагала не только нравственную сторону жизни общества, но и наносила существенный вред народному здравию. Именно это обстоятельство повлияло на изменение государственной политики и социального восприятия проституции.

До середины XIX века государство и общество придерживалось модели, к которой можно применить конструкцию, получившую название «прогибиционизм» [7, с. 12]. Данная модель основана на строгом запрете проституции как явлении и, соответственно, административном и уголовном преследовании лиц этой пагубной профессии, а также лиц, осуществляющих организацию данного ремесла.

От строгого запрещения в законодательстве и борьбы с пагубным явлением, правительство к концу первой половины XIX века стало склоняться к постепенной легализации проституции с установлением строгого надзора за ней. Сторонники регламентации проституции приводили существенный довод в свою пользу: единственное средство защиты общества от распространения венерических заболеваний – поставить пагубное явление под государственный надзор посредством полиции и учреждений здравоохранения[8, с. 5].

Как зарубежные, так и отечественные исследователи отмечали, что главным источником венерических заболеваний являлась проституция, что подтверждалось статистическими данными, согласно которым около 70-80% людей заражались сифилисом, прибегая к продажной любви. Несмотря на это, в обществе данный характер проблемы не признавался[9, с. 20].

На государственном уровне проституцию, как главный источник заболевания сифилисом, признали распоряжением Николая I о бесплатном лечении женщин легкого поведения в Калинкинской больнице Санкт-Петербурга[10].

Для разработки государственной политики в этом направлении в составе Министерства внутренних дел был образован специальный комитет, которому министр Л.А. Перовский в 1843 г. поручил разработку организационных основ противодействия «любострастным болезням» и правил врачебно-полицейского надзора за женщинами, занимающимися проституцией.

15 сентября 1843 г. Л.А. Перовским в Комитет министров была представлена записка, в которой обосновывалось предложение о создании в ведении МВД специальной больницы для лечения женщин от венерических заболеваний и учреждении особого врачебно-полицейского комитета для осуществления надзора за женщинами, занимающимися проституцией как промыслом.

8 октября 1843 г. Комитет министров утвердил представленную записку и постановил создать врачебно-полицейский комитет «на первый случай в одной столице, впоследствии же, по мере представляющихся к тому удобств, они должны распространиться и на другие местности Империи»[11].

В дальнейшем врачебно-полицейские комитеты были учреждены в крупных портовых и торговых центрах страны, например, таких как Вильно, Рига и Нижний Новгород.

Таким образом, государство признало своё бессилие в борьбе с таким нравственным недугом репрессивными методами и от политики «прогибиционизма» стало постепенно переходить политике «регламентации», при этом комбинируя обе вышеуказанных модели, в чём впоследствии необходимо тщательно разобраться.

И.Е. Андреевский справедливо отмечал, что при организации полицейского надзора за проституцией был использован аналогичный французский опыт. Комиссией по поручению Перовского были собраны сведения об использовании предупредительных действий в отношении проституток[4, с. 217]. Французская полиция впервые использовала метод легализации проституции, при котором женщин, занимающихся непотребством, задерживали, арестовывали, регистрировали и переводили в законное состояние[12, с. 162–163].

В течение 1840-1850 гг. был принят ряд нормативных правовых актов, подробно регламентирующих порядок освобождения проституток от уголовной ответственности, регистрации, открытия домов терпимости и организации легальной проституции.

6 апреля 1853 г. Государственный Совет утвердил решение, согласно которому женщины, состоявшие под врачебно-полицейским надзором, не подлежали осуждению за «непотребство». Однако указанные лица могли быть привлечены к ответственности за совершение других преступлений в совокупности с занятием проституцией. Исходя из сложившихся коллизионных юридических условий, сложился особый правоприменительный механизм освобождения поднадзорных проституток от уголовной ответственности. За совершение «непотребства» низшие инстанции приговаривали лиц к наказанию, установленному соответствующим законом, после поступления дела губернатору эти приговоры им не утверждались, а направлялись в Министерство внутренних дел с ходатайством об освобождении от ответственности, которое министр удовлетворял[13, с. 162–166].

Частично коллизия была преодолена закреплением в ст. 44 «Уложения о наказаниях, налагаемых мировыми судьями» 1864 г., нормы об освобождении лиц от наказания за проституцию за согласие подчиниться врачебно-полицейскому надзору[14].

По мере принятия новых нормативных документов, регулирующих организацию проституции, постепенно новыми предписаниями наполнялась четвёртая глава «О непотребстве» Устава о предупреждении и пресечении преступлений в последующих редакциях. К существующим нормам-запретам, нормы-дозволения оформлялись в виде примечания.

Профессор Н.С. Нижник отмечает, что организационная структура и методы работы врачебно-полицейских комитетов как в центре, так и в провинции остаются практически не исследованными[7, с. 17]. Поэтому далее в нашем исследовании речь пойдет уже о реализации, описываемых выше, государственных мер.

Основные обязанности полиции и врачебно-полицейских комитетов по организации полицейского надзора за проституцией определялись специальными ведомственными циркулярами и сводами правил. Первые подобные нормативные документы были разработаны и утверждены для столиц. «Правила для санкт-петербургского врачебно-полицейского комитета для содержательниц борделей и публичных женщин» были утверждены 29 мая 1844 г. В Москве аналогичный нормативный акт был принят 4 июля 1846 г. В других губерниях специальных правил, распространяющих своё действие на конкретную территорию, принято не было, однако местные власти руководствовались нормами столичных нормативных документов. Отдельные вопросы решали в административном порядке. Только 8 октября 1903 г. МВД утвердило «Положение об организации надзора за городской проституцией в империи», согласно которому предусматривались две основных формы организации надзора за проституцией:

1) в тех городах, в которых были образованы врачебно-полицейские комитеты, полицейские и санитарные части находились исключительно в их ведении;

2) в том случае если врачебно-полицейский комитет отсутствовал, надзор за проституцией осуществлялся полицией, а лечение производилось силами городских управ и земств или приказов общественного призрения[15].

Женщины, занимающиеся проституцией, обнаруженные полицией, после прохождения медицинского обследования ставились на учёт. Для этого им требовалось написать специальное заявление на имя полицмейстера с указанием данных о себе. Частный пристав об этом факте докладывал рапортом на имя полицмейстера и прилагал соответствующее заявление. После удовлетворения прошения, женщине необходимо было сдать свой паспорт на хранение в городское полицейское управление и получить вместо него новые документы – заменительный билет и смотровую книжку, впоследствии получившую в народе название – «жёлтый билет». Особые правила поведения устанавливались и для самих проституток. Так, например, женщинам разрешалось появляться на улице только поодиночке и скромно одетыми.

Стоит напомнить, что указанный порядок подачи ходатайства с последующей регистрацией носил добровольный характер со стороны женщины. Это было связано с часто возникающим произволом по отношению к проституткам, во избежание этого, общим собранием Первого и Кассационного департаментов Сената по запросу министра юстиции было принято соответствующее разъяснение. В противном случае, если собранные полицией сведения и доказательства указывали на то, что женщина занимается продажей сексуальных услуг, а она свою очередь отказывается от регистрации, то применялись санкции за тайный разврат, предусмотренные ст. 44 Устава о наказаниях, налагаемых мировыми судьями.

В целях более эффективной деятельности по надзору за таким промыслом, врачебно-полицейские комитеты предписывали сосредотачивать женщин в специально отведённых помещениях – домах терпимости. Организация работы подобных заведений была также урегулирована специальными ведомственными циркулярами.

Следует принять во внимание ещё тот факт, что первоначально император Николай I не одобрял практику освобождения от ответственности содержательниц публичных домов. Однако министр внутренних дел Л.А. Перовский во всеподданнейшем докладе 1848 г. убеждает императора о необходимости легализации деятельности публичных домов не только потому, что их содержательницы будут заботиться о здоровье своих женщин, дабы избежать закрытия дома полицией и соответственно потерять большую прибыль, но и будут выполнять роль особых агентов полиции, с помощью которых можно получать информацию, способствующую раскрытию преступлений. Николай I внял доводам своего министра внутренних дел и 31 марта 1948 года дал согласие на реализацию соответствующих законоположений [16, с. 31].

Все места, в которых производилась продажа сексуальных услуг можно подразделить на специализированные и тайные. К специализированным относились публичные дома, бордели или дома свиданий. Тайными признавались отдельные квартиры, бани, номера в гостиницах. В условиях капитализации публичные дома стали формой капиталистического предприятия, предполагали эксплуатацию, приносили доход, но налоги с публичных домов в России не взимались, хозяйки платили только за медосмотры[8, с. 19].

Существовал особый порядок получения легального разрешения на занятие сводничеством (сутенёрством) для организации проституции и контроля над деятельностью проституток с целью получения дохода.

Открыть публичный дом могла женщина в возрасте от 35 до 60 лет. Ей требовалось подать прошение на имя полицмейстера города. В прошении указывались данные содержателя дома, адрес помещения, в какой форме владения находится помещение, количество лиц, которые будут заниматься промыслом. К сводникам предъявлялись определённые требования: отсутствие судимости, возбуждённых уголовных дел как ранее, так и ныне. Сводники перед подачей ходатайства обязаны были уплатить гербовый сбор в размере 2 рублей и наклеить соответствующие марки на лист бумаги, содержащей текст прошения[17, л. 9].

После получения прошения полицмейстер давал поручение приставу, на территории части которого находился дом терпимости, проверить адрес помещения, его состояние и условия для содержания указанного в нём количества проституток. Публичный дом должен был располагаться на расстоянии не менее 150 метров от учебных заведений и религиозных сооружений. Окна в комнатах должны были быть всегда занавешены, на стенах запрещалось вешать портреты с изображением «Высочайших Особ». Приставом по факту посещения составлялся протокол с подробным описанием места и указанием наличия или отсутствия обстоятельств, препятствующих легальному занятию проституцией[17, л. 12].

На основании полученных данных, в случае если полицмейстер не усматривал препятствий к открытию дома терпимости, содержателю выдавалось особое свидетельство с визой главы полицейского управления. Данный документ давал право на законное содержание проституток в отведённом для этих целей помещении и получение дохода от такого рода деятельности[17, л. 4].

Хозяйкам домов терпимости вменялись следующие обязанности: организация регулярного медицинского осмотра для проституток, ведение соответствующей медицинской документации, контроль за чистотой и порядком в помещениях.

Важно заметить, что одновременно с административными нормами, регламентирующими полицейский надзор за организацией проституции продолжала действовать уголовная норма ст. 1282 Уложения о наказаниях уголовных и исправительных, согласно которой за открытие публичного дома сначала штрафовали, а затем отправляли на срок от 6 месяцев до 1 года в смирительные дома или в тюрьму, иностранцев в свою очередь высылали за границу[18]. Полиция могла закрыть бордель и инициировать уголовное преследование в том случае, если в публичном доме систематически нарушались установленные административные нормы и совершались преступления. Порядок применения уголовных норм по отношению к организаторам проституции в условиях регламентации можно проиллюстрировать, обратившись к материалам правоприменительной практики.

Например, 26 июня 1910 г. нижегородский полицмейстер распорядился прекратить деятельность публичного дома. Основанием стал факт систематического обворовывания проститутками своих клиентов, в то же время, хозяйка вместо того, чтобы обратиться в полицию и принять меры к возмещению ущерба оскорбляла жаловавшихся ей клиентов. Один из потерпевших обратился к приставу, на территории части которого находился дом и после выяснения всех обстоятельств, пристав подробным рапортом доложил о данном факте полицмейстеру. Кроме случаев совершения краж также были установлены эпизоды нелегальной продажи и распития алкогольных напитков, что дополнительно отягчило участь хозяйки борделя[19]. В итоге, публичный дом был закрыт, а хозяйка подверглась наказанию по ст. 1282 Уложения.

Легализованные проститутки, хоть и подвергались надзору со стороны полиции, но находились в относительной свободе перемещения по Российской империи. Некоторые из них в поиске хорошего заработка отправлялись на определённый период на мероприятия с большим скоплением состоятельных людей, проводившиеся в других городах. Например, таким мероприятием была одна из самых крупномасштабных ярмарок Российской империи в г. Нижнем Новгороде. В архиве Нижегородского городского полицейского управления сохранились документы по поводу переезда проститутки из г. Баку в г. Нижний Новгород. Для того чтобы покинуть город своего пребывания, женщине потребовалось написать соответствующее прошение на имя полицмейстера Бакинского полицейского управления. После удовлетворения ходатайства женщине был выдан особый документ, позволявший беспрепятственно передвигаться по территории страны­­­­ - так называемое «проходное свидетельство». В нём указывались данные проститутки, место прибытия и правила, которые она должна была выполнять в период поездки. Запрещалось останавливаться и задерживаться в промежуточных поселениях без видимых на то причин кроме ночлега. По прибытии на место необходимо было явиться в полицейское управление для постановки в реестр. Из полиции по месту отправления почтой высылался паспорт женщины с сопроводительным письмом, в котором отражались сведения о номере выданного ей проходного свидетельства[20]. Исходя из этого, надзор полиции за проституцией выражался также в осуществлении контроля за перемещением отдельных представителей этой непотребной профессии. Такое направление надзорной деятельности регламентировалось ведомственными циркулярными инструкциями и оформлялось соответствующими документами.

Также практика предусматривала порядок исключения женщины из реестра проституток в том случае, если она пожелала прекратить заниматься такого рода деятельностью. Женщине следовало подать прошение на имя полицмейстера, в котором требовалось аргументированно объяснить свои намерения. К прошению необходимо было приложить заявление лица, бравшего на попечение женщину. Обычно бывших проституток брали в дома в качестве домашней прислуги. Бывало, что заявления писали мужчины, изъявившие желание жениться.

Полицейскому управлению требовалось проверить истинность мотивов, изложенных в прошении, и образ жизни лиц, бравших на попечение женщину. Нередко полицмейстеры отказывали в прошениях, так как имелись серьезные основания не доверять попечителям. В архиве Нижегородского городского полицейского управления сохранился рапорт частного пристава на имя полицмейстера, в котором излагаются обстоятельства, препятствующие исключению проститутки из числа поднадзорных. В частности, указывается, что предполагаемая попечительница «содержала в своей пивной, как легализованных проституток, так и уклоняющихся от освидетельствований и давала им приют»[21]. При этом она не располагала достаточным материальным благосостоянием. Исходя из этого, прошение было отклонено, так как имелись основания, что под видом прислуги, женщина продолжит заниматься проституцией.

Именно так чаще всего маскировалась незаконная проституция для уклонения от врачебно-полицейского надзора. Нижегородский полицмейстер во время проведения ярмарки даже предписывал полицейским чинам следить, чтобы торговцы в павильонах выполняли требование врачебно-полицейского комитета «о недопущении лиц женского пола в качестве прислуги»[22]. Председатель комитета отдельными постановлениями требовал подвергать санитарному надзору прислугу женского пола в близлежащих к ярмарке торгово-промышленных заведениях.

Исходя из этого, существенной проблемой в практической деятельности по полицейскому надзору за легальной проституцией становилось изобличение фактов скрытой незаконной проституции. Законодательная регламентации такой деятельности и необходимость регулярных медицинских осмотров тяготила как самих проституток, так и организаторов. Поэтому злоумышленники маскировали таких женщин под домашнюю прислугу или обслуживающий персонал в различных заведениях. Полицейское руководство для борьбы с распространением венерических заболеваний пыталось административными мерами пресечь незаконную проституцию, запрещая нанимать обслугу женского пола в заведения, расположенные на территории самой ярмарки, а в близлежащих заведениях регулярно подвергая её медицинскому осмотру.

В завершении исследования, стоит признать, что даже в условиях регламентации в немалых масштабах существовала тайная проституция, для борьбы с которой полицейские органы проводили большой объем работы по её выявлению и переводу в законное состояние. Несмотря на это, согласно статистическим исследованиям, учитывая уровень их проведения на то время, степень заболеваемости для легальной и нелегальной проституции была почти одинаковой – примерно 40 %[8, с. 8]. С другой стороны, признание государством этого социального порока, позволило обществу открыто говорить о проблемах, которые толкают женщин на путь занятия этим непотребным ремеслом. Данные обстоятельства сподвигли общество на самоорганизацию в борьбе с проституцией и создание общественных организаций, деятельность которых была направлена на упреждение распространения проституции. Центральной и самой многочисленной организацией, провозглашавшей борьбу с проституцией в качестве своей основной цели являлось Российское общество защиты женщин (РОЗЖ), образованное 13 января 1900 г.[23]

Что касается негативных явлений в практике деятельности полиции по надзору за проституцией, то в условиях регламентации простор для получения преступных доходов и злоупотребления своими полномочиями был без сомнения более узким в сравнении с современностью. Законопослушные проститутки и держатели публичных домов (подчинявшиеся врачебно-полицейскому надзору и выполняющие, касающиеся их, административные правила и требования) могли открыто заявить о произволе в их отношении со стороны полиции и потребовать разбирательства. Кроме того, существовал внутриведомственный контроль за самими полицейскими, так как все «непотребные» заведения были зарегистрированы в установленном порядке и от полиции требовалось предоставлять отчёты о проверке их деятельности.

Библиография
1.
А. Высоцкий. Разрешат ли проституцию в России? [Электронный ресурс] – Режим доступа: URL: https://www.vesti.ru/doc.html?id=2652070 (дата обращения 20.04.2020). Россия созрела для дебатов о легализации проституции [Электронный ресурс] – Режим доступа: URL: https://www.bbc.com/russian/russia/2012/12/121204_russia_prostitution_debate.shtml (дата обращения 20.04.2020). Самарский суд принял к рассмотрению иск о легализации проституции в России [Электронный ресурс] – Режим доступа: URL: https://www.rbc.ru/society/12/08/2014/5704209b9a794760d3d40a65 (дата обращения 20.04.2020).
2.
В Ставрополе экс-замглавы угрозыска заподозрили в создании ОПС [Электронный ресурс] – Режим доступа: URL: https://www.rbc.ru/rbcfreenews/5c6bc8d39a79475d45c7bb77 (дата обращения 20.04.2020). Экс-начальника отдела нижегородской полиции осудят за организацию притона [Электронный ресурс] – Режим доступа: URL: https://nn.rbc.ru/nn/freenews/5de0f7b49a79474447d90392 (дата обращения 20.04.2020).
3.
Экс-полицейского обвиняют во взяточничестве за крышевание проституции [Электронный ресурс] – Режим доступа: URL: https://samara.aif.ru/incidents/scene/eks-policeyskogo_obvinyayut_vo_vzyatochnichestve_za_kryshevanie_prostitucii (дата обращения 20.04.2020). В Архангельске двух полицейских осудят за «крышевание» проституции [Электронный ресурс] – Режим доступа: URL: https://nevnov.ru/region/Arkhangelsk/652534-v-arkhangelske-dvukh-policeiskikh-osudyat-za-kryshevanie-prostitucii?utm_source=yxnews&utm_medium=desktop&utm_referrer=https%3A%2F%2Fyandex.ru%2Fnews (дата обращения 20.04.2020).
4.
Андреевский И. Е. Полицейское право / Соч. И. Андреевского, орд. проф. С.-Петерб. ун-та. – 2-е изд., испр. и доп. Т. 1-2. – Санкт-Петербург : тип. В.В. Пратц, 1874-1876. – 2 т.; 22. Введение и часть 1, полиция безопасности. – 1874. – 648 с.
5.
Кодан С. В. Полицейское законодательство Российской империи: развитие, становление, систематизация : вторая половина XVII – первая треть XIX в. : очерки / С.В. Кодан, И.Ю. Поляков.-Екатеринбург: Зерцало-Урал, 2000. – 220 с.
6.
Дерюжинский В. Ф. Полицейское право : Пособие для студентов / [Соч.] В.Ф. Дерюжинского, проф. С.-Петерб. ун-та. – 2-е изд., доп. – Санкт-Петербург : Сенат. тип., 1908. – XII, 552 с.
7.
Нижник Н. С. Деятельность врачебно-полицейских комитетов Министерства внутренних дел по осуществлению социального контроля над девиантным поведением в российском обществе / Н.С. Нижник // Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России. – 2012. – № 2 (54). – С. 11–18.
8.
Обозненко П.Е. Вопрос об упорядочении проституции и о борьбе с нею на двух международных совещаниях 1899 года. СПб.: Тип. Я. Трей, 1900.-24 с.
9.
Мартыненко Н. К. Российское государство и общество в борьбе с проституцией : 1843-1917 гг. : автореферат дис. ... доктора исторических наук : 07.00.02 / Мартыненко Надежда Константиновна-Воронеж, 2012.-39 с.
10.
Российский государственный исторический архив. Ф. 759. Оп. 1. Д. 6231. Л. 1–3.
11.
Полное собрание законов Российской империи. Собр. II. Т. XVIII. № 17213. С. 595.
12.
Лысенко В. В. Полиция и нравственность / В. В. Лысенко. – Санкт-Петербург : С.-Петерб. юрид. ин-т, 1996. – 122 с.
13.
Елистратов, А.И. Борьба с проституцией в Европе / А.И. Елистратов.-Казань : типолитогр. Имп. ун-та, 1909.-[2], II, 494 с.
14.
Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями. СПб., 1867.
15.
Циркуляр министерства внутренних дел 8 октября 1903 г. Положение об организации надзора за городской проституцией в Империи // Вестник общественной гигиены, судебной и практической медицины. 1903. Ноябрь. С. 220–223.
16.
Мартыненко Н.К. К истории формирования административного права в условиях борьбы с одной из девиаций в российском обществе середины XIX-начала XX веков / Н.К. Мартыненко // Вестник Волжского университета им. В.Н. Татищева. – 2016. – Т. 1. № 2. – С. 29–42.
17.
Центральный архив Нижегородской области. Ф. 342. Оп. 1. Д. 2684. Л. 9.
18.
Свод законов Российской империи. В 16 т.-СПб., 1912.-Т. XIV.-С. 111.
19.
Центральный архив Нижегородской области. Ф. 342. Оп. 1. Д. 2548. Л. 34.
20.
Центральный архив Нижегородской области. Ф. 342. Оп. 1. Д. 2534. Л. 9–11.
21.
Центральный архив Нижегородской области. Ф. 342. Оп. 1. Д. 2558. Л. 24.
22.
Центральный архив Нижегородской области. Ф. 342. Оп. 1. Д. 2556. Л. 6.
23.
Положение о Российском обществе защиты женщин. СПб., 1900. С. 1-11.
References (transliterated)
1.
A. Vysotskii. Razreshat li prostitutsiyu v Rossii? [Elektronnyi resurs] – Rezhim dostupa: URL: https://www.vesti.ru/doc.html?id=2652070 (data obrashcheniya 20.04.2020). Rossiya sozrela dlya debatov o legalizatsii prostitutsii [Elektronnyi resurs] – Rezhim dostupa: URL: https://www.bbc.com/russian/russia/2012/12/121204_russia_prostitution_debate.shtml (data obrashcheniya 20.04.2020). Samarskii sud prinyal k rassmotreniyu isk o legalizatsii prostitutsii v Rossii [Elektronnyi resurs] – Rezhim dostupa: URL: https://www.rbc.ru/society/12/08/2014/5704209b9a794760d3d40a65 (data obrashcheniya 20.04.2020).
2.
V Stavropole eks-zamglavy ugrozyska zapodozrili v sozdanii OPS [Elektronnyi resurs] – Rezhim dostupa: URL: https://www.rbc.ru/rbcfreenews/5c6bc8d39a79475d45c7bb77 (data obrashcheniya 20.04.2020). Eks-nachal'nika otdela nizhegorodskoi politsii osudyat za organizatsiyu pritona [Elektronnyi resurs] – Rezhim dostupa: URL: https://nn.rbc.ru/nn/freenews/5de0f7b49a79474447d90392 (data obrashcheniya 20.04.2020).
3.
Eks-politseiskogo obvinyayut vo vzyatochnichestve za kryshevanie prostitutsii [Elektronnyi resurs] – Rezhim dostupa: URL: https://samara.aif.ru/incidents/scene/eks-policeyskogo_obvinyayut_vo_vzyatochnichestve_za_kryshevanie_prostitucii (data obrashcheniya 20.04.2020). V Arkhangel'ske dvukh politseiskikh osudyat za «kryshevanie» prostitutsii [Elektronnyi resurs] – Rezhim dostupa: URL: https://nevnov.ru/region/Arkhangelsk/652534-v-arkhangelske-dvukh-policeiskikh-osudyat-za-kryshevanie-prostitucii?utm_source=yxnews&utm_medium=desktop&utm_referrer=https%3A%2F%2Fyandex.ru%2Fnews (data obrashcheniya 20.04.2020).
4.
Andreevskii I. E. Politseiskoe pravo / Soch. I. Andreevskogo, ord. prof. S.-Peterb. un-ta. – 2-e izd., ispr. i dop. T. 1-2. – Sankt-Peterburg : tip. V.V. Pratts, 1874-1876. – 2 t.; 22. Vvedenie i chast' 1, politsiya bezopasnosti. – 1874. – 648 s.
5.
Kodan S. V. Politseiskoe zakonodatel'stvo Rossiiskoi imperii: razvitie, stanovlenie, sistematizatsiya : vtoraya polovina XVII – pervaya tret' XIX v. : ocherki / S.V. Kodan, I.Yu. Polyakov.-Ekaterinburg: Zertsalo-Ural, 2000. – 220 s.
6.
Deryuzhinskii V. F. Politseiskoe pravo : Posobie dlya studentov / [Soch.] V.F. Deryuzhinskogo, prof. S.-Peterb. un-ta. – 2-e izd., dop. – Sankt-Peterburg : Senat. tip., 1908. – XII, 552 s.
7.
Nizhnik N. S. Deyatel'nost' vrachebno-politseiskikh komitetov Ministerstva vnutrennikh del po osushchestvleniyu sotsial'nogo kontrolya nad deviantnym povedeniem v rossiiskom obshchestve / N.S. Nizhnik // Vestnik Sankt-Peterburgskogo universiteta MVD Rossii. – 2012. – № 2 (54). – S. 11–18.
8.
Oboznenko P.E. Vopros ob uporyadochenii prostitutsii i o bor'be s neyu na dvukh mezhdunarodnykh soveshchaniyakh 1899 goda. SPb.: Tip. Ya. Trei, 1900.-24 s.
9.
Martynenko N. K. Rossiiskoe gosudarstvo i obshchestvo v bor'be s prostitutsiei : 1843-1917 gg. : avtoreferat dis. ... doktora istoricheskikh nauk : 07.00.02 / Martynenko Nadezhda Konstantinovna-Voronezh, 2012.-39 s.
10.
Rossiiskii gosudarstvennyi istoricheskii arkhiv. F. 759. Op. 1. D. 6231. L. 1–3.
11.
Polnoe sobranie zakonov Rossiiskoi imperii. Sobr. II. T. XVIII. № 17213. S. 595.
12.
Lysenko V. V. Politsiya i nravstvennost' / V. V. Lysenko. – Sankt-Peterburg : S.-Peterb. yurid. in-t, 1996. – 122 s.
13.
Elistratov, A.I. Bor'ba s prostitutsiei v Evrope / A.I. Elistratov.-Kazan' : tipolitogr. Imp. un-ta, 1909.-[2], II, 494 s.
14.
Ustav o nakazaniyakh, nalagaemykh mirovymi sud'yami. SPb., 1867.
15.
Tsirkulyar ministerstva vnutrennikh del 8 oktyabrya 1903 g. Polozhenie ob organizatsii nadzora za gorodskoi prostitutsiei v Imperii // Vestnik obshchestvennoi gigieny, sudebnoi i prakticheskoi meditsiny. 1903. Noyabr'. S. 220–223.
16.
Martynenko N.K. K istorii formirovaniya administrativnogo prava v usloviyakh bor'by s odnoi iz deviatsii v rossiiskom obshchestve serediny XIX-nachala XX vekov / N.K. Martynenko // Vestnik Volzhskogo universiteta im. V.N. Tatishcheva. – 2016. – T. 1. № 2. – S. 29–42.
17.
Tsentral'nyi arkhiv Nizhegorodskoi oblasti. F. 342. Op. 1. D. 2684. L. 9.
18.
Svod zakonov Rossiiskoi imperii. V 16 t.-SPb., 1912.-T. XIV.-S. 111.
19.
Tsentral'nyi arkhiv Nizhegorodskoi oblasti. F. 342. Op. 1. D. 2548. L. 34.
20.
Tsentral'nyi arkhiv Nizhegorodskoi oblasti. F. 342. Op. 1. D. 2534. L. 9–11.
21.
Tsentral'nyi arkhiv Nizhegorodskoi oblasti. F. 342. Op. 1. D. 2558. L. 24.
22.
Tsentral'nyi arkhiv Nizhegorodskoi oblasti. F. 342. Op. 1. D. 2556. L. 6.
23.
Polozhenie o Rossiiskom obshchestve zashchity zhenshchin. SPb., 1900. S. 1-11.

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

Рецензия на статью: Полицейский надзор за проституцией как неотъемлемая составляющая нравственного благочиния в условиях регламентации. В центре проведенного исследования, рассматриваются вопросы, посвященные изучению внутренней организации полицейского надзора и процесса его правоприменения в отношении проституции. Приводится авторское раскрытие протекающих процессов в деятельности дореволюционной полиции по надзору за законной проституцией и сопоставляется этот опыт с современным состоянием, в условиях которого проституция является источником получения преступного дохода для коррумпированных полицейских. Автор, начинает рассмотрение выбранной темы исследования, фактически с эпохи Петра I, когда формируется соответствующее законодательство в отношении проституции. Особую важность играет тот факт, что в приведенном исследовании значительное внимание уделяется спектральному анализу процессов проституции на длительном протяжении истории и развитии права. Это помогает оценить картину событий в целом, найти новые грани исследовательского интереса и ввести в научный оборот новые фактологические обстоятельства. Даже в современной правовой литературе существует множество мнений и толков в отношении трактовки указанных процессов. Соответственно, в зависимости от подхода меняется и трактовка произошедшего. Автор, приводит основные постулаты различных правоведов, которые рассматривали данный вопрос. Указанные обстоятельства определяют актуальность представленной на рецензирование статьи, предметом которой, является исследование процессов полицейского надзора за проституцией. Автор ставит своими задачами выявить насколько признание государством этого социального порока, позволило обществу открыто говорить о проблемах, которые толкают женщин на путь занятия этим непотребным ремеслом. Какие существовали негативные явления в практике деятельности полиции по надзору за проституцией. Исходя из характера современного историко-правового знания, автор стремился к органическому соединению элементов социального анализа, культурного и антропологического подхода. В основу исследования были положены общенаучные принципы историзма и объективности. Более того, рецензент отмечает высокую степень проработки методологических подходов к решению проблемы. Автор, совершенно точно рассуждает, что проблема предполагает исследование с междисциплинарным характером и для достижения результатов были использованы методологические идеи разных наук. Использованы компаративный и проблемно-исторический методы. Кроме того, учитывались методологические идеи исследования повседневности такие как соотношения стратегий власти. Но следует отметить, что автор сам не дает описания методологическим подходам, все сказанное выше рецензент вынужден отмечать сам по мере прочтения представленных материалов. Научная новизна исследования заключается в самой постановке темы. Автор отмечает, что детальное изучение фактически проявилось в трудах известного дореволюционного теоретика полицейского права И.Е. Андреевского и другого дореволюционного правоведа В.Ф. Дерюжинского. Кроме того, исследовательский потенциал сохраняет проблема повседневной жизни городского обывателя, это дополняет картину исторической реальности. Автор на основе различных источников и исследований стремится охарактеризовать обозначенные процессы. И рецензент отмечает, что проведенное исследование имеет высокую научную ценность как в вопросах истории отечественного государства и права, так и в смешных науках, поскольку проституция как явление захватывает различные сферы жизнедеятельности, от правовой до социально-нравственной составляющей. Рассматривая библиографический список статьи, прежде всего, следует отметить его масштабность и широкий спектр: всего список литературы включает в себя 23 различных источника и исследований, что уже говорит о серьезной работе, проделанной автором. Среди привлекаемых автором источников отметим материалы различных лет, материалы периодической печати, и привлеченный архивный материал. Источниковедческую базу исследования составили нормативно-правовая база и законодательство периода Российской Империи, опубликованные отчеты о надзоной полицейской деятельности, кроме того, областные архивы. Из используемых исследований укажем на труды В.Ф. Дерюжинского, И.Е. Андреевского, С.В. Кодана, а также других авторов, в центре внимания которых находились вопросы изучения права и надзорной деятельности полиции в дореволюционной России. Не обошли вниманием автора и актуальные работы последних лет по изучаемой теме. Таким образом, комплексное использование различных источников и исследований позволило автору должным образом раскрыть поставленную тему. Материал научной статьи имеет значительный объем, снабжен в изрядной мере ссылками на литературу и источники архивного содержания. Перед нами, емко и последовательно, а главное содержательно раскрывается социальная история и процессы правовой деятельности в повседневной жизни полиции Императорской России. Весь событийный спектр проходит через призму историко-социальной реальности. В тексте, встречаются как малоизвестные широкому кругу имена, так и деятели государственного масштаба. Стиль написания работы является научным, в то же время доступным для понимания не только специалистам, но и всем, кто интересуется историей и правом России. Апелляция к оппонентам представлена в выявлении проблемы на уровне полученной информации, собранной автором в ходе работы над исследованием. Структура работы имеет внутреннюю логику и закономерную последовательность. Автор не выделяет каких либо разделов, но стиль написания и преподнесения материалов поставлен таким образом, что читателю не составляет труда понимать в какой части статьи он находится. В завершении работы, автор приводит убедительные и логично аргументированные выводы. Справедливо подводит к мысли, что детальное изучение описанных событий долгое время оставалось без внимания правоведов и историков. Изучение этих аспектов истории права, помогут лучше понять весь комплекс событий и проблем нашей истории и путей совершенствования отечественного законодательства. Таким образом, подводя и резюмируя общий итог, следует отметить, что, рецензируемая статья несомненно представляет читательский и научный интерес, можно предположить широкую заинтересованную аудиторию. Рецензируемая статья соответствует предъявляемым критериям, к научным публикациям и может быть рекомендована к размещению в научном журнале.
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"