Статья 'Роль Отдельного корпуса пограничной стражи Российской империи в противодействии терроризму и контрабанде' - журнал 'Genesis: исторические исследования' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редакционный совет > Редакция и редакционная коллегия > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Online First Pre-Publication > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Genesis: исторические исследования
Правильная ссылка на статью:

Роль Отдельного корпуса пограничной стражи Российской империи в противодействии терроризму и контрабанде

Парсуков Владимир Александрович

соискатель, Южно-Уральский государственный университет

454080, Россия, Челябинская область, г. Челябинск, пр. Ленина, 76

Parsukov Vladimir Aleksandrovich

External doctoral candidate, the department of State Legal Disciplines, South Ural State University

454080, Russia, Chelyabinsk, Prospekt Lenina 76

parsukov77@mail.ru
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.7256/2409-868X.2015.5.15931

Дата направления статьи в редакцию:

19-07-2015


Дата публикации:

25-12-2015


Аннотация.

В статье рассматривается опыт правового регулирования Oтдельного корпуса пограничной стражи Российской империи (OKПС) по борьбе с терроризмом и революционной контрабандой в XIX–XX веках. Особое внимание направлено на анализ правовых актов, регулирующих деятельность пограничных войск в различных частях российской границы. На основе проведенного анализа нормативных правовых актов автор приходит к выводу о значительной роли OKПС в повышении эффективности борьбы с терроризмом и контрабандой в Российской империи. В проведенном исследовании использовались различные методы научного исследования. Среди них в первую очередь применены следующие: методы сравнения, анализа и синтеза, статистический и дедуктивный методы. Научная новизна данной работы заключается в изучении вопросов правового регулирования организации службы Oтдельного корпуса пограничной стражи в интересах защиты общества от террористической угрозы и борьбы с политической контрабандой, проведенном впервые в отечественной историко-правовой науке. Исследуются правовые стороны охраны государственной границы в Российской империи.

Ключевые слова: пограничная стража, терроризм, служба пограничного надзора, революционная контрабанда, политическая контрабанда, разведывательная служба, закон, Инструкция службы чинов, задержание нарушителя, Правила об ОКПС

Abstract.

This article examines the experience of the Separate body of the border patrol in counteraction against terrorism and contraband during the period of XIX-XX centuries. Special attention is given the analysis of the legal acts regulating the activity of border patrols throughout the various parts of the Russian border. Based on the conducted analysis of the normative legal acts, the author concludes that the Separate body of border patrol plays a significant role in increasing the efficiency in the fight against terrorism and contraband in the Russian Empire. Scientific novelty of this work consists in the examination of the questions related to the legal regulation of organization of the service of border patrol, in the interest of protection the population from terrorism and political contraband. The author is the first to conduct such analysis within the Russian historical legal science. The legal aspects of protection of national borders of the Russian Empire are being researched.

Keywords:

border guards, terrorism, border surveillance service, revolutionary smuggling, political smuggling, intelligence service, law, Manual of service officials, offender detention, Rules on Special corps

В последние десятилетия проблема терроризма в России приобрела острый характер. Некоторые авторы отмечают связь коррумпированности госслужащих с пособничеством террористам [12, 15]. Аналогичные черты этой проблемы наблюдались в России в конце XIX – начале XX в. Несмотря на то что между современным терроризмом и террористической деятельностью в дореволюционной России существуют различия, изучение этого явления позволяет глубже понять проблему и учитывать исторический опыт при построении современной модели антитеррористической деятельности органов исполнительной власти.

Появление терроризма в современном его понимании стало возможным в результате технического прогресса, связанного с изобретением эффективных средств поражения, многократно усиливших его эффективность и пропаганду. Рост революционного движения в Европе, откуда терроризм проник в Россию, отмечался в середине XIX в. По мнению отдельных исследователей, формирование терроризма как целостной системы началось в последнюю треть XIX в. [1].

Период возникновения терроризма в России характеризовался еще и фактическим завершением территориального формирования империи, созданием централизованной системы охраны границ. 15 октября 1893 г. именным высочайшим указом «О преобразовании пограничной стражи в Отдельный корпус и об утверждении временного штата Управления означенного корпуса» император Александр III повелел: «Состоящую ныне в таможенном управлении пограничную стражу выделить из оного в отдельный корпус пограничной стражи» [7, 567]. Так началась история воинского формирования при Министерстве финансов Российской империи, осуществляющего охрану государственной границы и противодействие экономическим, а в дальнейшем и военно-политическим угрозам.

На фоне роста указанных угроз главной задачей пограничников являлось обнаружение перемещаемой через границу контрабанды, а также лиц, переходящих границу, которых в соответствии с требованиями статьи 1589 Устава таможенного следовало задержать. К числу задач ОКПС также относились: охрана границы Российской империи в экономическом, полицейском и политическом отношениях на суше и на море, несение сторожевой и разведывательной службы в пределах семиверстной пограничной полосы, карантинный надзор на границе.

Рост экономики восточного соседа и его международного политического влияния многих в Европе не устраивал. Посредством личных контактов с иностранцами, а также организации контрабанды политической литературы с территории западных стран в Россию стали проникать идеи марксизма и анархизма, сместив постепенно центр революционного движения из Европы в Россию. Одной из первой террористических организаций, вынашивающих идеи смены власти посредством использования радикальных методов, можно с уверенностью назвать «Народную волю», возникшую в 1879 г. Основным методом политической борьбы «Народной воли» был террор.

На фоне активизации революционно-террористической деятельности в XIX и начале ХХ вв. уголовно-правовые меры по борьбе с терроризмом в России были инертными, что послужило дополнительным фактором, провоцировавшим рост масштабов данного феномена. Как отмечает С. А. Кокорин, даже в формулировках принятого 22 марта 1903 г. Уголовного уложения законодатель избегал использования терминов «террористический акт», «террор» или «терроризм». Статья 126 Уголовного уложения, предусматривающая ответственность за участие в сообществе, заведомо ставившем своей целью ниспровержение существующего в государстве общественного строя посредством взрывчатых веществ или снарядов, не устанавливала ответственности за непосредственное совершение террористических актов. В главе 3 не указывалось иных объектов «посягательства на жизнь, здоровье, свободу, неприкосновенность», кроме особы императора и членов его семьи, несмотря на то что в «террористической войне» народников с правительством погибло множество государственных деятелей высшего эшелона, чиновников среднего звена и рядовых граждан государства [6].

Особого внимания в террористическом отношении требовали окраины империи, откуда поступали незаконно ввозимые оружие, взрывчатые вещества, а также литература и материалы революционного содержания. Итогом тиражирования антиправительственных настроений стал мощный всплеск насилия в период c 1905 по 1907 г. За это время на территории Царства Польского было совершено 3166 боевых акций. Террористические акты были отмечены в 1108 населенных пунктах. Число убитых и умерших от ран воинских чинов, жандармов, полицейских за 1905 – первую половину 1906 г. составило 127 человек. Боевиками революционных организаций было совершено 443 экспроприации и нападения на государственные и частные учреждения [3].

С учетом обостряющейся политической обстановки на границе было организовано взаимодействие чинов жандармского ведомства и ОКПС. Необходимость помощи пограничникам со стороны чинов жандармского ведомства была закреплена законодательно. Так, статья 1678 Инструкции службы чинов ОКПС, утвержденной в 1912 г. (далее – Инструкция), обязывала жандармских чинов оказывать содействие чинам пограничного ведомства при исполнении ими службы по наблюдению за «непровозом контрабанды по железнодорожным дорогам, принимая по приглашению чинов Корпуса пограничной стражи участие в обысках, выемках, составлении протоколов».

В условиях постоянной террористической угрозы представителям органов государственной власти ОКПС как инструмент борьбы государства с экономическими угрозами стал решать и задачи политического характера. Ярким примером решения подобных задач может служить арест террориста Овсея Таратуты, произведенный ротмистром ОКПС Степановым 14 января 1905 г. на железнодорожной станции Линдварово [9, 117]. Задержанного долго искали, у пограничников имелись его фотографии. Виленское охранное отделение своевременно информировало о прибытии Таратуты поездом № 342. Террорист был задержан в здании железнодорожного вокзала. Сопротивления он не оказывал и в ответ на требование сдать оружие «молча снял с пояса револьвер в кобуре и передал его Степанову вместе с 30 патронами». Во время обыска у него нашли пироксилин и три паспорта на имена австрийских подданных X. Этингена, И. Брозовского и X. Яржомбика. На допросе он первоначально назвался Мовшей Столяром (Михаилом Столяровым) и только после опознания его наблюдательным агентом назвал свое настоящее имя. Именно он и являлся одним из главных организаторов легальной и нелегальной транспортировки оружия в Россию, пользуясь при этом поддержкой разведывательной службы Австро-Венгрии [11, 194].

Сложившаяся к моменту образования ОКПС паспортная система позволяла обеспечить действие пропускного режима на государственной границе путем удостоверения личности въезжающего (выезжающего) лица, определения его социального статуса, цели пересечения границы, ограничить возможности передвижения через государственную границу неблагонадежных в политическом отношении лиц.

Пытаясь обойти установленный порядок пересечения границы, революционеры-контрабандисты применяли разные тактические приемы. Это помогало некоторым избежать соответствующего наказания и незаконно пересечь границу. Среди наиболее популярных были: несоответствие заявленной цели пересечения государственной границы истинным ее мотивам, использование поддельных или просроченных паспортов и иных документов либо документов без соответствующих виз местных властей или Министерства иностранных дел.

Одним из тактических приемов, используемых революционерами-террористами на границе с Австрией, был пронос оружия с использованием официальных документов на пересечение границы – легитимационных билетов. Не имея достаточных оснований, российские пограничники и таможенники не имели права подвергать злоумышленников личному досмотру. Однако действовавшие для чинов ОКПС инструкции требовали обращать особое внимание на лиц, пересекающих границу, и пассажиров поездов, следующих в ночное время, соблюдая при этом тактичность и осмотрительность. В случае возникновения подозрений пограничники приглашали начальника станции и жандармского чина для производства обыска или личного досмотра.

Обыскам и выемкам контрабандных товаров, как правило, предшествовали преследование нарушителей или получение конфиденциальной информации от местных жителей. Об обнаружении контрабандного товара и задержании злоумышленника производился немедленный доклад командиру отряда, который в соответствии со статьей 238 Инструкции пользовался правом производства обысков по негласным донесениям. Однако полномочия последнего ограничивались статьей 239 Инструкции, которая устанавливала, что производство обысков и выемок возможно в пределах 21-верстной полосы от черты границы. Исключение составляли Олонецкая, Санкт-Петербургская губернии, побережье Балтийского моря, участки «западно-сухопутной границы до устья реки Дуная включительно», а также Кавказ и Закаспийская область, где район возможности действия чинов ОКПС по розыску и выемке контрабанды увеличивались до 50 верст от черты границы.

Примером успешного проведения обыска может служить реализация полученных командиром Новоселицкого отряда Хотинской бригады поручиком Зякиным сведений о причастности к контрабанде оружия жителя г. Новосельцы мещанина Вайнберга. Так, 7 декабря 1905 г. в доме Вайнберга и придомовой территории был проведен обыск, в результате которого «в сарае под щепками было найдено 9 новых заграничных револьверов, а в доме в диване – 4 пачки боевых револьверных патронов (100 штук)» [10, л. 7, 22].

Непосредственными участниками террористических акций являлись отдельные исполнители и т. н. боевые группы. Вспоминает В. А. Меркулов – большевик, хранитель оружия партийной организации: «Одной из задач боевой группы организации было приискание средств для приобретения настоящего огнестрельного оружия и снабжения таковым рабочих» [2, л. 3]. Средством такого «приискания» служила контрабанда оружия, взрывчатки и иных средств поражения. При этом использовались различные тактические приемы. Так, оружие и взрывчатка перевозились в Россию в вагонах с углем, поставляемым из крупнейшего промышленного узла на востоке Европы – из Верхней Силезии (Германия).

Контрабанде средств поражения и политической литературы предшествовала деятельность разведывательного характера, связанная с детальным изучением местности, попытками разузнать характер службы чинов ОКПС, места расположения пограничных нарядов. Противодействие этому требовало привлечения местных жителей и иностранцев к конфиденциальному сотрудничеству, что, в свою очередь, приносило благодатные плоды. Так, 28 августа 1906 г. в районе Коленкоуцкого отряда был задержан дезертир – фейерверкер 16-й конноартиллерийской батареи Постолит, укравший из цейхгауза 2-й запасной батареи 63 револьвера и передавший их члену революционной организации. Злоумышленник после побега жил в Австрии и, по полученным оперативным данным, планировал перейти границу для встречи с женщиной, проживающей в с. Коленкоуцы. При переходе границы Постолит был задержан чинами корпуса, состоящими в своевременно выставленном секрете на пути возможного перемещения дезертира [5, 35].

В 1910 г. как определенный итог опыту негласной деятельности по противодействию контрабанде был подготовлен «Проект инструкции чинам Отдельного корпуса пограничной стражи о введении секретной агентуры по контрабандному промыслу». В том же году были введены в действие «Правила об Отдельном корпусе пограничной стражи» (далее – Правила). Глава 11 Правил устанавливала права и обязанности пограничников от начальников округов до «прочих чинов» корпуса.

Законодательное закрепление порядка применения оружия сыграло свою положительную роль в деле борьбы с контрабандой оружия, политической литературы, особенно на европейских и кавказских границах Российской империи, где особо росли антиправительственные настроения и распространялись революционные идеи.

Служба по пограничному надзору на рубеже XIX–XX вв. требовала от пограничников выработки особой тактики по выявлению и задержанию политической контрабанды и средств террора. Действия часовых и объездчиков (конных патрулей) определялись строго по местности, с тем чтобы охраняемые участки были постоянно под контролем. Преследовали контрабандистов в тыл охраняемого участка лишь до первого за пограничной чертой участка, а там передавали местной полиции. Статья 77 Инструкции требовала не допускать «рутины, однообразия и косности» в охране границы, поэтому способы охраны границы комбинировались. Это были часовые, дозоры, разъезды и секреты. Последние могли чередоваться с дозорами при плохих погодных условиях, а также ночью или когда требовалось усиление границы.

Относительно противодействия революционной контрабанде шеф пограничной стражи требовал: «С целью борьбы с агентами большевистской и других партий и организаций, запрещенных в стране, оружия и боеприпасов чинов ОКПС необходимо вовлечь в установленную по всей границе правильно распределенную и объединенную в своей деятельности пограничную агентуру, урегулировав вместе с сим легальный пропуск через границу по загранпаспортам и легитимационным билетам» [8, 299].

Разведывательная деятельность, являясь разновидностью службы по пограничному надзору, наряду со сторожевой службой составляла основу деятельности по охране государственной границы Российской империи. Ей командованием ОКПС отводилась ведущая роль: «Разведывательная служба имеет особенно важное и руководящее значение в деле охраны границы. Только при правильной ее постановке возможны целесообразная борьба с контрабандным промыслом и планомерное распределение сил и средств охраны» [4].

Положения, касающиеся разведывательной службы, содержались и в Инструкции, первый раздел главы IV которой определял: «Разведывание должно служить основанием для изучения и постоянного освежения данных об организации контрабандного промысла в известном районе (округе, бригаде, отделе, отряде). Оно должно дать сведения: 1) о значении местности в контрабандном отношении, 2) о направлении движения и характере контрабанды и 3) о лицах, занимающихся контрабандным промыслом».

В указанных правовых источниках была разработана принципиально новая концепция охраны границы. Впервые за всю многовековую историю пограничной службы на первое место были поставлены скрытые способы борьбы с контрабандой оружия и иных средств поражения, предназначенных для целей терроризма.

Таким образом, разработанные и утвержденные на высшем государственном уровне нормативно-правовые акты в области регулирования службы пограничного надзора значительно повысили эффективность деятельности ОКПС как войскового формирования, наделенного специфическими полицейскими функциями. Это позволило с успехом решать стоящие перед пограничниками задачи и противодействовать террористической и антиправительственной деятельности как на границах Российской империи, так и за ее пределами.

Библиография
1.
Будницкий О. В. Терроризм в российском освободительном движении: идеология, этика, психология (вторая половина XIX – начало XX в.).-М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2000.-399 с.
2.
ГАКК. Ф. Р. 411. Оп. 2. Д. 401. Л. 3.
3.
Годовой отчет по Отдельному корпусу пограничной стражи за 1905 г.-СПб., 1906.-61 с.
4.
Инструкция службы чинов ОКПС.-СПб., 1912.-298 с.
5.
Исторические справки Хотинской бригады ОКПС.-СПб., 1908.-66 с.
6.
Кокорин С. А. Меры уголовно-правовой борьбы с терроризмом в России в начале ХХ в. // Экономические и гуманитарные исследования регионов. № 1.-Пятигорск, 2011.-С. 64–65.
7.
ПСЗРИ. Собр. 3-е. Т. 13.-СПб., 1897.-№ 9975.
8.
Плеханов А. М., Плеханов А. А. Отдельный корпус пограничной стражи на границе России (1893–1919).-М., 2012.-519 с.
9.
Постников Н. Д. Террор польских партий против представителей русской администрации в 1905–1907 гг. // Индивидуальный политический террор в России XIX – начала ХХ в. Материалы научной конференции.-М., 1996.-С. 112–117.
10.
РГВИА. Ф. 4888. Оп. 1. Д. 13. Л. 7, 22.
11.
Старков Б. А. Охотники на шпионов. Контрразведка Российской империи. 1903–1914.-СПб., 2006.-304 с.
12.
Степашин С.В. Государственный финансовый контроль в противодействии коррупции // Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения / Journal of foreighn legislation and comparative law.-2012.-№3.-C. 15-17. URL:http://www.nbpublish.com/go_to_article.php?id=21244.
References (transliterated)
1.
Budnitskii O. V. Terrorizm v rossiiskom osvoboditel'nom dvizhenii: ideologiya, etika, psikhologiya (vtoraya polovina XIX – nachalo XX v.).-M.: Rossiiskaya politicheskaya entsiklopediya (ROSSPEN), 2000.-399 s.
2.
GAKK. F. R. 411. Op. 2. D. 401. L. 3.
3.
Godovoi otchet po Otdel'nomu korpusu pogranichnoi strazhi za 1905 g.-SPb., 1906.-61 s.
4.
Instruktsiya sluzhby chinov OKPS.-SPb., 1912.-298 s.
5.
Istoricheskie spravki Khotinskoi brigady OKPS.-SPb., 1908.-66 s.
6.
Kokorin S. A. Mery ugolovno-pravovoi bor'by s terrorizmom v Rossii v nachale KhKh v. // Ekonomicheskie i gumanitarnye issledovaniya regionov. № 1.-Pyatigorsk, 2011.-S. 64–65.
7.
PSZRI. Sobr. 3-e. T. 13.-SPb., 1897.-№ 9975.
8.
Plekhanov A. M., Plekhanov A. A. Otdel'nyi korpus pogranichnoi strazhi na granitse Rossii (1893–1919).-M., 2012.-519 s.
9.
Postnikov N. D. Terror pol'skikh partii protiv predstavitelei russkoi administratsii v 1905–1907 gg. // Individual'nyi politicheskii terror v Rossii XIX – nachala KhKh v. Materialy nauchnoi konferentsii.-M., 1996.-S. 112–117.
10.
RGVIA. F. 4888. Op. 1. D. 13. L. 7, 22.
11.
Starkov B. A. Okhotniki na shpionov. Kontrrazvedka Rossiiskoi imperii. 1903–1914.-SPb., 2006.-304 s.
12.
Stepashin S.V. Gosudarstvennyi finansovyi kontrol' v protivodeistvii korruptsii // Zhurnal zarubezhnogo zakonodatel'stva i sravnitel'nogo pravovedeniya / Journal of foreighn legislation and comparative law.-2012.-№3.-C. 15-17. URL:http://www.nbpublish.com/go_to_article.php?id=21244.
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"