Философская мысль
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > Требования к статьям > Редакционный совет > Редакция журнала > Рецензенты > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Правовая информация
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

ГЛАВНАЯ > Журнал "Философская мысль" > Рубрика "Этика"
Этика
Мехед Г.Н. - Мораль как абсолютный предел разума в этике И. Канта c. 17-44

DOI:
10.7256/2306-0174.2014.5.12351

Аннотация: В статье анализируется этическая теория Канта в ее связи с методологическими аспектами его общей философии и ее центральной проблемой - определением понятия и границ разума. По мнению Канта, именно этика является высшей формой философии. В основе коперниканского переворота, совершенного в философии Кантом, лежит не столько введение контруктивизма в теорию познания, сколько возведение добра (доброй воли) в ранг единственного абсолюта. При этом хронология работ Канта не всегда совпадает с внутренней логикой движения его философии: от морального закона к звездному небу, т.е. от Критики практического разума к Критике чистого разума. Идея свободы как тождества воли и добра полагается Кантом в качестве ценностной матрицы, определяющей его конструктивизм в теории познания. Кант считал идею свободы главным постулатом практического разума, а значит и его главным пределом. При этом свобода понимается им как выход за пределы эмпирического субъекта и совпадение с трансцендентальным субъектом морали. Этот подход Канта соотносится с кризисом рациональности середины XX века, когда после важнейших открытий Эйнштейна, Бора и Геделя была поколеблена уверенность в возможностях человеческого разума познать объективную истину.
Черненко В.А. - Сократ – Ален Бадью: параллели этического дискурса c. 67-74

DOI:
10.7256/2409-8728.2017.1.18554

Аннотация: Объектом исследования выступают этические дискурсы сократовской философии и "Этики" (год издания - 2003; пер. на русский - 2006) современного французского философа Алена Бадью. Предметом исследования - смысловые параллели, которые возникают между ними в результате сходных онтологических, гносеологических и этических установок древнегреческого философа и нашего современника. Как для Сократа, так и для Бадью исходным свойством человечности является способность к незаинтересованной заинтересованности в поиске этосной (устойчивой) основы Мироздания. Это, в свою очередь, конституирует человека в качестве существа, в котором его животное начало может быть прервано или отменено верностью со-бытию истины, что, будучи избыточным по отношению к нашей биологически-темпоральной природе, образует в нас нашу субъектность способную к бессмертию. Исследование опирается на общефилософскую и общенаучную методологию. Автором задействованы теоретические и эмпирические методы: аналогии, систематизации, обобщения, сопоставления историко-философского материала, феноменологии, логического анализа. Основными выводами проведенного исследования являются: этический дискурс сократовских диалогов и «Этики» А. Бадью выявляет сходные смысловые параллели:1) есть бесконечная инаковость (множественность);2) то же есть не то, что есть, а то, что происходит:3) истина безразлична к различиям;4) мы обладаем способностью к истинному – быть тем, что призывается некоторой истиной к собственной тождественности;5) нет этики кроме этики процессов истины (науки, любви, искусства, политики или Блага – Истины – Красоты);6) бессмертное в человеке проступает позицией незаинтересованной заинтересованности Миром в качестве целесообразной самоценности;7) напряжение морального дискурса пролягает в горизонте постоянного выбора между этикой бесконечного/необходимого; реального/возможного;8) бессмертное существует только в человеческом животном и через него; оно проявляется в упорном желании «Продолжать!» процесс познания (вопрошания), индуцированный наличием вневременной истины;9) истина может проявить себя только в диалоге (полилоге): «Истины вершат свой единичный прорыв только в ткани мнений. Нужно, чтобы мы общались…Именно мы, такие как есть, подвержены становлению субъектом…Любая абсолютизация силы истины организует Зло»
Яркеев А.В. - Этика между возможностью и невозможностью c. 101-108

DOI:
10.7256/2409-8728.2016.9.20399

Аннотация: Предметом исследования статьи является современное бытие этики в парадоксально-пограничной ситуации возможности/невозможности. Показывается предел кантовской этики, которая конструируется с позиции абсолютной субъективности по аналогии с научными принципами объективности и универсальности. Обосновывается абстрактный характер категорического императива, требование которого оказывается несовместимым с жизнью. Предельным воплощением несостоятельности этики являются нацистские концлагеря, в которых полностью уничтожается человеческое достоинство и нивелируется любая мораль. Подлинная этика утверждается как возможная невозможность или невозможная возможность. Методологической основой работы является фундаментальная онтология М. Хайдеггера, принципом которой является закон тождества бытия и мышления. Основной вывод проведенного исследования состоит в том, что этика задается как местопребывание человеческого существования («этос»), законом которого является закон тождества бытия и мышления, требующий быть в согласии с самим собой и со всем миром. Отказ от мышления с необходимостью сопровождается нигилизацией бытия, конституирующейся в различных практиках социального зла.
Артемьева О.В. - Проблема императивности в этике добродетели c. 125-138

DOI:
10.7256/2409-8728.2016.12.2119

Аннотация: Статья посвящена анализу в современной этике проблемы императивности. В данном анализе выделены два аспекта: 1) обсуждение императивности как одного из проявлений морали; 2) критика императивизма в этике. Во втором случае критике подвергается теоретическое представление о морали как преимущественно принудительной силе. В статье реконструируются основания критики императивистской этики и анализируется критическая аргументация. Поскольку большинство сторонников этики добродетели не отрицают значимости моральной императивности, в статье проясняется вопрос о том, в чем состоит ее роль и какое место отводится этому феномену в этике добродетели. В статье показано, что аретическая критика этического императивизма была вызвана осознанием неудовлетворительности попыток в рамках императивистских концепций прояснения нормативного содержания морали, его обоснования и систематизации. Эти задачи сторонники этики добродетели решают за счет включения в сферу своего рассмотрения целей и ценностей, связанных с человеческим существованием. Они считают, что и императивы можно обосновать только через соотнесение с этими целями и ценностями. В основании критики в этике добродетели императивизма лежит понимание того, что феномен морали нельзя сводить к одному из его проявлений, в данном случае — к императивности. Мораль сложна и неоднородна по своему составу. В частности, она проявляется не только через императивы, но и через добродетели. Настаивая на том, что мораль не сводится к императивности, сторонники этики добродетели стремятся построить концепцию морали, которая отражала бы все многообразие морального опыта человека.
Мехед Г.Н. - Опыт сравнительного исследования этики И. Канта и Ф. М. Достоевского: методологический комментарий c. 130-143

DOI:
10.7256/2409-8728.2016.11.2030

Аннотация: Статья посвящена выяснению методологических оснований для сравнительного исследования этики Канта и Достоевского. До сих пор среди исследователей творчества великого русского писателя нет консенсуса по вопросу о том, был ли Достоевский знаком, хотя бы в общем, с философией Канта. Автор прибегает к анализу широкого круга литературы, посвященной теме "Достоевский и Кант", а также к анализу и реконструкции концепций тех, в общем-то, немногочисленных мыслителей, которые в наибольшей степени могли повлиять на Канта и Достоевского, а также поспособствовать знакомству Достоевского с философией Канта. Обосновывается тезис о разработке Достоевским особого философско-литературного метода для осмысления нравственных феноменов, что делает возможным реконструкцию философии Достоевского на основе его художественных произведений и, следовательно, непосредственное сопоставление этики Канта и Достоевского. Кроме того, автор поддерживает и обосновывает идею Н. Н. Вильмонта о том, что Достоевский был знаком с основными идеями философии Канта через Шиллера. В заключительной части автор обосновывает тезис, согласно которому и этика Канта, и нравственная философия Достоевского имели по крайней мере один общий источник влияния — философию Ж.-Ж. Руссо. Все это вместе позволяет автору сделать вывод о методологической обоснованности сравнительного анализа этики Канта и Достоевского.
Черненко В.А. - Петр - Иисус - Иуда: этический треугольник c. 171-183

DOI:
10.7256/2306-0174.2013.11.9201

Аннотация: Данная статья не претендует на изложение этической концепции Нового завета. На то есть несколько причин: недостаточность соответствующей богословской квалификации автора, размерность статьи и убежденность в том, что этика Евангелия не столько концептуальна, сколько со-бытийна. Мы лишь сфокусируем внимание на нескольких промыслительных моментах связующих судьбы ап. Петра, Иисуса и Иуды единым со-бытием, в котором попытаемся выявить этическую симметрию и асимметрию отношений Петр – Иисус, Иисус – Иуда. Осью этих отношений выступает Христос, как живое воплощение Прощения, ведущего к искуплению и преображению. Судьбы Петра и Иуды, вращаясь вокруг данного центра, репрезентируют две истории экзистенции, в которую входит это прощение, однако первого оно ведет к преображению, а второго к погибели. Почему? Говоря о Петре и Иуде, мы не просто вспоминаем то, что случилось однажды где-то во глубине веков, мы говорим о том, что происходит здесь и сейчас с нами. Как тогда перед Петром и Иудой, так и сейчас перед Миром лежит все та же альтернатива: идти путем Преображения или путем выживания, путем Прощения или предательства.
Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"