Философская мысль - рубрика Этика
по
Философская мысль
12+
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редакционный совет > Редакция журнала > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Online First Pre-Publication > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

ГЛАВНАЯ > Журнал "Философская мысль" > Рубрика "Этика"
Этика
Мехед Г.Н. - Идея метасубъектности и проблема автономии в этике Канта c. 12-25

DOI:
10.25136/2409-8728.2018.5.26160

Аннотация: В статье рассматривается этика Канта через призму общефилософской идеи метасубъектности, наиболее основательным теоретическим фундаментом для которой является предпринятое Кантом в «Критике чистого разума» обоснование принципов критического рационализма. втор статьи показывает, как идея метасубъекта (трансцендентального субъекта), введенная Кантом в теории познании, отражается на его трактовке ряда важнейших традиционных концептов этики, таких как «моральный субъект», «свобода воли» и, особенно, «автономия». С понятием автономии и его интерпретацией Кантом оказывается связан ряд вытекающих проблем, в частности, проблема морального зла и проблема ответственности, «авторства» поступков. Методология исследования предполагает опору непосредственно на тексты самого Канта с достаточно свободной их интерпретацией, а также компаративное исследование важнейших источников кантоведения на тему автономии. Оригинальность статьи очевидна в плане самой постановки вопроса, дающей возможность проследить концептуальную связь между трансцендентализмом Канта и рядом других родственных философских учений, вплоть до Упанишад в древности или же новейшего «открытого индивидуализма» Д. Колака и ряда концепций в духе «интегрального подхода» К. Уилбера.
Мехед Г.Н. - Мораль как абсолютный предел разума в этике И. Канта c. 17-44

DOI:
10.7256/2306-0174.2014.5.12351

Аннотация: В статье анализируется этическая теория Канта в ее связи с методологическими аспектами его общей философии и ее центральной проблемой - определением понятия и границ разума. По мнению Канта, именно этика является высшей формой философии. В основе коперниканского переворота, совершенного в философии Кантом, лежит не столько введение контруктивизма в теорию познания, сколько возведение добра (доброй воли) в ранг единственного абсолюта. При этом хронология работ Канта не всегда совпадает с внутренней логикой движения его философии: от морального закона к звездному небу, т.е. от Критики практического разума к Критике чистого разума. Идея свободы как тождества воли и добра полагается Кантом в качестве ценностной матрицы, определяющей его конструктивизм в теории познания. Кант считал идею свободы главным постулатом практического разума, а значит и его главным пределом. При этом свобода понимается им как выход за пределы эмпирического субъекта и совпадение с трансцендентальным субъектом морали. Этот подход Канта соотносится с кризисом рациональности середины XX века, когда после важнейших открытий Эйнштейна, Бора и Геделя была поколеблена уверенность в возможностях человеческого разума познать объективную истину.
Платонов Р.С. - Социокультурный аспект этики Платона в диалоге «Государство» c. 18-34

DOI:
10.25136/2409-8728.2018.12.28075

Аннотация: Объектом исследования является диалог Платона «Государство», предметом исследования является практическая составляющая этического учения Платона, каким оно представлено в данном диалоге. В статье ставится цель выявить специфику тех социокультурных практик, которые порождаются моральной теорией Платона. Для этого исследуется практика лжи как наиболее выделено и последовательно прописанная в данном диалоге. Определяется, какого рода проблемы решаются Платоном посредством практики лжи, а также к какого рода проблемам в свою очередь это приводит. Исследование проведено методом текстологического понятийного анализа. На основе анализа употребления понятия «ложь» осуществлена реконструкция концепции лжи в тексте диалога «Государство». Научная новизна исследования заключается в представлении целостной и структурированной реконструкции концепции лжи в этическом учении Платона (в диалоге «Государство») в ее связи с антропологической и онтологической проблематикой. По результатам исследования делается вывод, что конструируемый Платоном порядок организации жизни полиса ведет к социокультурным разрывам между тремя родами граждан, распадению целостности полиса, такие разрывы и должны быть преодолены, по мысли Платона, практикой лжи направленной на формирование определенного мировоззрения. Однако последовательная реконструкция данной практики в описаниях Платона показывает, что проблема социокультурных разрывов только усиливается, более того — она ведет к подрыву моральных оснований жизни полиса.
Василенко Ю.В. - "Системный гедонизм" как этическое учение c. 28-38

DOI:
10.25136/2409-8728.2019.12.31933

Аннотация: Предметом исследования является генезис такого этического учения, как гедонизм; объектом – концепт «системного гедонизма», предложенный современным российским специалистом в области управления И.В. Волочковым. Поставив «системный гедонизм» в широкий исторический контекст этических учений – со времен Древней Греции (киренаиков Аристиппа и Гегесия) до современных американских гедонистов (Дэвид Пирс), – разрабатывавших проблемы достижения человеком счастья посредством удовольствий и наслаждений, автор утверждает, что «системный гедонизм» может быть принят как разновидность «возвышенного гедонизма», близкого по своему идейно-ценностному содержанию к эвдемонизму Аристотеля и Эпикура. Основным методом исследования является аналитическая реконструкция идейно-философских феноменов с упором на теоретическую составляющую. Автор сопоставляет этическое учение «системного гедонизма» с родственными ему однотипными учениями, выявления оригинальные стороны первого. Представленный в статье концепт «системного гедонизма» раскрывается как этическое учение, направленное на последовательное и поступательное развитие и самосовершенствование современного чело-века. Основным выводом исследования является утверждение о том, что в контексте набирающих силу тенденций общественного развития «системный гедонизм» может рассматриваться и как зарождающийся этос современной российской буржуазии, стремящейся к осознанному по-треблению, принципиально ограниченному этическими рамками.
Максимов Л.В. - О методологических дилеммах теоретической этики c. 31-40

DOI:
10.25136/2409-8728.2019.10.31666

Аннотация: В статье рассмотрены три методологические дилеммы теоретической этики на предмет выявления и акцентирования их содержательной близости, взаимопересечения и взаимодополнения. Подобная аналитическая процедура, последовательно распространенная и на другие дилеммы, могла бы в перспективе упростить, систематизировать исторически сложившуюся многоплановую проблематику этой области знания и способствовать более продуктивной полемике сторонников разных методологических подходов. Выбор автором статьи конкретных дилемм, подлежащих сопоставительному анализу, основан на многолетнем опыте его работы в концептуальном поле метаэтики и аналитической этики; этот опыт показал, что дилеммы, формулируемые в терминах «когнитивизм–нонкогнитивизм», «трансцендентализм–натурализм» и «психологизм–антипсихологизм», образуют в совокупности весьма значительную часть методологического базиса теоретической (не «нормативной») этики. «Мысленный эксперимент» по поводу возможного объединения (или сближения) некоторых разноплановых методологических идей проведен именно на указанном материале. Содержание этих дилемм и конкретных подходов передано так, чтобы связующие их признаки были легко обозримы уже в самом тексте. В заключительной части статьи констатируется, что «нонкогнитивизм», «натурализм» и «психологизм» (как отдельно взятые стороны указанных дилемм) фактически составляют единый комплекс «родственных» подходов, альтернативный другому комплексу, включающему прочие названные позиции. Тем самым три дилеммы, рассматриваемые прежде порознь, вполне могли бы уступить место в методологических дискуссиях одной, «интегральной» дилемме.
Максимов Л.В. - Моральный долг: проблема обоснования c. 35-45

DOI:
10.25136/2409-8728.2018.12.28213

Аннотация: В современной метаэтической литературе анализ различных подходов к рациональному обоснованию морали является одним из ведущих направлений исследования. Если в этической мысли прошлого объектом обоснования выступал преимущественно «нравственный закон» как особая (метафизическая) сущность, то в метаэтике речь идет, как правило, об обосновании нравственных установок реальных субъектов морали, т.е. о выдвижении аргументов, способных убедить некоего условного скептически настроенного индивида принять сложившиеся в обществе нормы морали и практически следовать им. В данной статье критически анализируются некоторые из предлагаемых в метаэтике способов аргументации; в частности, отмечается неправомерное смешение и подмена обоснования – объяснением, морального долженствования – другими модальностями, формально обозначаемыми тем же термином. В исследовании использованы методы логико-лингвистического анализа применительно к тем этическим и метаэтическим дискурсам, в которых представлены различные версии обоснования морального долга. Основное замечание касается чрезмерной сосредоточенности авторов на обосновании содержательного компонента моральных норм при фактическом игнорировании специфически морального побудительного мотива, т.е. долженствования особого рода. В статье показано, что именно интенция долга, а не ее конкретная предметная направленность, является определяющим признаком моральной мотивации (поскольку предметное содержание моральных норм и мотивов может быть объектом не только морального долга, но также и внеморальных побуждений). Поэтому принципиальная невозможность рационального обоснования этой интенции (о чем подробно говорится в статье) должна быть принята во внимание в тех теоретических диспутах, где затрагиваются также и общие проблемы обоснования морали.
Платонов Р.С. - Основные проблемы этики Аристотеля в историко-философском исследовании c. 54-72

DOI:
10.25136/2409-8728.2019.10.31579

Аннотация: Предметом исследования является систематизация основных концепций морального учения Аристотеля в рамках историко-философского подхода. Автор подробно рассматривает такие проблемы, как аутентичность текстов Аристотеля (трех Этик: Никомаховой этики, Евдемовой этики, Большой этики), целостность философской системы Аристотеля (связь метафизики и этики – ее обоснование в унитаристском подходе и критика унитаризма), моральные и внеморальные основания определения счастья (трактовки аристотелевского понимания блага: инклюзивизм, эксклюзивизм, инструментализм), функциональный потенциал концепции добродетели как середины, многозначность понятия дружбы и ее роли в формировании морали. Для проведения исследования используется метод аналитического обзора, систематизируются как современные, так и ставших уже классическими работы ученых и философов, оказавших наибольшее влияние на развитие аристотелеведения. Основным выводом проведенного исследования является утверждение положительного влияния историко-философского подхода на изучение этики Аристотеля – при всей незавершенности результатов и продолжающихся дискуссиях по каждой из указанных проблем, научный подход позволил не только реконструировать корпус сочинений Аристотеля, но и более детально проработать структуру его этики, нюансировать ключевые понятия. Научная ценность данного исследования в возможности ориентирования начинающих исследователей философии Аристотеля, а также философской этики в целом, в проблемном поле морального учения Стагирита.
Бабанов А.В. - Феномен согласия с собой c. 59-71

DOI:
10.25136/2409-8728.2020.10.33074

Аннотация: Статья посвящена анализу феномена согласия с собой. На основе идей Х. Арендт были проанализированы различные аспекты согласия с собой, показана их взаимосвязь. Этот феномен рассматривался в трех аспектах: 1. отношения субъекта к самому себе (психология); 2. «сократического» мышления как внутренней речи; 3. нравственного поступка. В основе всех трех аспектов данного феномена лежит концепция «сократического» мышления как внутреннего диалога, поэтому особое внимание было уделено анализу его особенностей. Также осуществлен сравнительный анализ «сократического» мышления и других концепций мышления, в частности, М. Хайдеггера.          Согласие с собой в каждом соответствующем аспекте рассмотрения имеет следующее значение: 1. Позитивное отношение к себе, проявляющееся в самоуважении. Было показано, что согласие возможно только как одностороннее отношение к себе, поэтому более точной его характеристикой будет самоуважение, а не «дружба с собой». Самоуважение может вытекать из опыта размышления как разговора с собой по поводу своих мыслей и поступков; 2. Условие мышления, а именно как согласие в мысли (непротиворечивость) и с мыслью. Было показано, что согласие с собой не сводится к логическому закону непротиворечия. Как проявление экзистенциального процесса мышления оно не является формализованной процедурой и зависит от личного отношения, ценностей субъекта. Сделано предположение, что самоуважение как проявление согласия невозможно непосредственно, без суждений внутреннего диалога; 3. Отталкиваясь от идей Х. Арендт, была также намечена возможность понимания согласия в мышлении как этического принципа или внутреннего эталона совести, распространяющегося на поступки индивида. В концовке делается вывод, что феномен согласия с собой имеет полноценное значение только для «сократического» мышления, за которое ответственен сам мыслящий человек, а не история, мировой дух или бытие.
Черненко В.А. - Сократ – Ален Бадью: параллели этического дискурса c. 67-74

DOI:
10.7256/2409-8728.2017.1.18554

Аннотация: Объектом исследования выступают этические дискурсы сократовской философии и "Этики" (год издания - 2003; пер. на русский - 2006) современного французского философа Алена Бадью. Предметом исследования - смысловые параллели, которые возникают между ними в результате сходных онтологических, гносеологических и этических установок древнегреческого философа и нашего современника. Как для Сократа, так и для Бадью исходным свойством человечности является способность к незаинтересованной заинтересованности в поиске этосной (устойчивой) основы Мироздания. Это, в свою очередь, конституирует человека в качестве существа, в котором его животное начало может быть прервано или отменено верностью со-бытию истины, что, будучи избыточным по отношению к нашей биологически-темпоральной природе, образует в нас нашу субъектность способную к бессмертию. Исследование опирается на общефилософскую и общенаучную методологию. Автором задействованы теоретические и эмпирические методы: аналогии, систематизации, обобщения, сопоставления историко-философского материала, феноменологии, логического анализа. Основными выводами проведенного исследования являются: этический дискурс сократовских диалогов и «Этики» А. Бадью выявляет сходные смысловые параллели:1) есть бесконечная инаковость (множественность);2) то же есть не то, что есть, а то, что происходит:3) истина безразлична к различиям;4) мы обладаем способностью к истинному – быть тем, что призывается некоторой истиной к собственной тождественности;5) нет этики кроме этики процессов истины (науки, любви, искусства, политики или Блага – Истины – Красоты);6) бессмертное в человеке проступает позицией незаинтересованной заинтересованности Миром в качестве целесообразной самоценности;7) напряжение морального дискурса пролягает в горизонте постоянного выбора между этикой бесконечного/необходимого; реального/возможного;8) бессмертное существует только в человеческом животном и через него; оно проявляется в упорном желании «Продолжать!» процесс познания (вопрошания), индуцированный наличием вневременной истины;9) истина может проявить себя только в диалоге (полилоге): «Истины вершат свой единичный прорыв только в ткани мнений. Нужно, чтобы мы общались…Именно мы, такие как есть, подвержены становлению субъектом…Любая абсолютизация силы истины организует Зло»
Прокофьев А.В. - Изменение представлений о нормативном содержании морали в моральной философии раннего Нового времени c. 91-107

DOI:
10.25136/2409-8728.2020.11.33044

Аннотация: Объектом исследования являются философские представления о нормативном содержании морали в их исторической динамике. Под содержанием морали, в отличие от ее формально-функциональных характеристик, среди которых объективность, универсальность, приоритетность в отношении других регуляторов человеческого поведения, понимаются те предельно общие требования и критерии одобрения, которые задают образ морально совершенной личности и параметры правильного в моральном отношении поведения. Хотя на уровне предельных обобщений западноевропейская идея морали сохраняет нормативное содержание, свойственное иудео-христианской традиции, его конкретизация постоянно меняется. Цель исследования состоит в том, чтобы проследить изменения этой конкретизации, происходившие в западной моральной философии XVI–XVIII вв. (периода раннего Нового времени). Этот исторический процесс служит непосредственным предметом анализа. Методология исследования предполагает выявление долговременных трендов истории нормативной этики и их связи с социально-историческим контекстом. Анализ источников по проблеме исследования показывает, что в том, как моральные философы периода раннего Нового времени понимали содержание нравственных требований и критериев одобрения, произошли следующие основные изменения: 1) вытеснение на периферию морали обязанностей морального деятеля перед самим собой, 2) переход к пониманию блага другого человека исключительно через призму его благополучия и возможностей свободной самореализации, 3) возникновение связи между обязанностями перед другим человеком и уважением к его индивидуальным правам. В отношении последнего изменения решающее значение имели три фактора: развитие идеи религиозной терпимости в период после религиозных войн, противостояние патерналистской опеке со стороны абсолютистских режимов, формирование универсальной эмпатии на основе новых форм описания внутреннего опыта человека. Хотя опирающемуся на эти три фактора объяснению процесса внедрения индивидуальных прав в морально-правовой дискурс противоречат некоторые выводы, полученные в истории идей последних десятилетий, оно, по мнению автора статьи, все равно остается наиболее перспективным.
Яркеев А.В. - Этика между возможностью и невозможностью c. 101-108

DOI:
10.7256/2409-8728.2016.9.20399

Аннотация: Предметом исследования статьи является современное бытие этики в парадоксально-пограничной ситуации возможности/невозможности. Показывается предел кантовской этики, которая конструируется с позиции абсолютной субъективности по аналогии с научными принципами объективности и универсальности. Обосновывается абстрактный характер категорического императива, требование которого оказывается несовместимым с жизнью. Предельным воплощением несостоятельности этики являются нацистские концлагеря, в которых полностью уничтожается человеческое достоинство и нивелируется любая мораль. Подлинная этика утверждается как возможная невозможность или невозможная возможность. Методологической основой работы является фундаментальная онтология М. Хайдеггера, принципом которой является закон тождества бытия и мышления. Основной вывод проведенного исследования состоит в том, что этика задается как местопребывание человеческого существования («этос»), законом которого является закон тождества бытия и мышления, требующий быть в согласии с самим собой и со всем миром. Отказ от мышления с необходимостью сопровождается нигилизацией бытия, конституирующейся в различных практиках социального зла.
Артемьева О.В. - Проблема императивности в этике добродетели c. 125-138

DOI:
10.7256/2409-8728.2016.12.2119

Аннотация: Статья посвящена анализу в современной этике проблемы императивности. В данном анализе выделены два аспекта: 1) обсуждение императивности как одного из проявлений морали; 2) критика императивизма в этике. Во втором случае критике подвергается теоретическое представление о морали как преимущественно принудительной силе. В статье реконструируются основания критики императивистской этики и анализируется критическая аргументация. Поскольку большинство сторонников этики добродетели не отрицают значимости моральной императивности, в статье проясняется вопрос о том, в чем состоит ее роль и какое место отводится этому феномену в этике добродетели. В статье показано, что аретическая критика этического императивизма была вызвана осознанием неудовлетворительности попыток в рамках императивистских концепций прояснения нормативного содержания морали, его обоснования и систематизации. Эти задачи сторонники этики добродетели решают за счет включения в сферу своего рассмотрения целей и ценностей, связанных с человеческим существованием. Они считают, что и императивы можно обосновать только через соотнесение с этими целями и ценностями. В основании критики в этике добродетели императивизма лежит понимание того, что феномен морали нельзя сводить к одному из его проявлений, в данном случае — к императивности. Мораль сложна и неоднородна по своему составу. В частности, она проявляется не только через императивы, но и через добродетели. Настаивая на том, что мораль не сводится к императивности, сторонники этики добродетели стремятся построить концепцию морали, которая отражала бы все многообразие морального опыта человека.
Мехед Г.Н. - Опыт сравнительного исследования этики И. Канта и Ф. М. Достоевского: методологический комментарий c. 130-143

DOI:
10.7256/2409-8728.2016.11.2030

Аннотация: Статья посвящена выяснению методологических оснований для сравнительного исследования этики Канта и Достоевского. До сих пор среди исследователей творчества великого русского писателя нет консенсуса по вопросу о том, был ли Достоевский знаком, хотя бы в общем, с философией Канта. Автор прибегает к анализу широкого круга литературы, посвященной теме "Достоевский и Кант", а также к анализу и реконструкции концепций тех, в общем-то, немногочисленных мыслителей, которые в наибольшей степени могли повлиять на Канта и Достоевского, а также поспособствовать знакомству Достоевского с философией Канта. Обосновывается тезис о разработке Достоевским особого философско-литературного метода для осмысления нравственных феноменов, что делает возможным реконструкцию философии Достоевского на основе его художественных произведений и, следовательно, непосредственное сопоставление этики Канта и Достоевского. Кроме того, автор поддерживает и обосновывает идею Н. Н. Вильмонта о том, что Достоевский был знаком с основными идеями философии Канта через Шиллера. В заключительной части автор обосновывает тезис, согласно которому и этика Канта, и нравственная философия Достоевского имели по крайней мере один общий источник влияния — философию Ж.-Ж. Руссо. Все это вместе позволяет автору сделать вывод о методологической обоснованности сравнительного анализа этики Канта и Достоевского.
Мамарасулов А.Р. - Необходимость метафизического момента в рациональном определении понятий «добро» и «зло» c. 138-147

DOI:
10.25136/2409-8728.2017.12.24822

Аннотация: Предметом исследования выступают этические категории "добро" и "зло", анализируемые в контексте современного морального сознания. Объектом исследования является метафизический аспект этики, рассматриваемый в качестве одного из необходимых ее оснований. Автор подробно исследует такие аспекты темы как взаимоотношение утилитарно-плюралистического, императивного и творческого концептов в осмыслении базовых понятий этики, рассматривает сущностные противоречия между ними, выявляет рациональную и метафизическую основу для теоретического понимания категорий "добро" и "зло" применительно к современной нравственной культуре. В качестве основного метода, определяющего содержание исследования, выступает аксиологический метод. Форму исследования определяет метод структурного анализа. Основными выводами проведенного исследования являются: формирующее обыденное нравственное сознание биосоциальное понимание категорий "добра" и "зла" не может служить достаточным основанием для сознания этического, этика возникает из метафизики, а базовые понятия этики определяются со стороны метафизических идей самоценности и свободы человека. Особым вкладом автора в исследование темы является анализ творческого концепта в осмыслении категорий "добро" и "зло". Новизна исследования заключается в попытке рационализировать сущностную составляющую этического сознания на предмет ее метафизического содержания.
Черненко В.А. - Петр - Иисус - Иуда: этический треугольник c. 171-183

DOI:
10.7256/2306-0174.2013.11.9201

Аннотация: Данная статья не претендует на изложение этической концепции Нового завета. На то есть несколько причин: недостаточность соответствующей богословской квалификации автора, размерность статьи и убежденность в том, что этика Евангелия не столько концептуальна, сколько со-бытийна. Мы лишь сфокусируем внимание на нескольких промыслительных моментах связующих судьбы ап. Петра, Иисуса и Иуды единым со-бытием, в котором попытаемся выявить этическую симметрию и асимметрию отношений Петр – Иисус, Иисус – Иуда. Осью этих отношений выступает Христос, как живое воплощение Прощения, ведущего к искуплению и преображению. Судьбы Петра и Иуды, вращаясь вокруг данного центра, репрезентируют две истории экзистенции, в которую входит это прощение, однако первого оно ведет к преображению, а второго к погибели. Почему? Говоря о Петре и Иуде, мы не просто вспоминаем то, что случилось однажды где-то во глубине веков, мы говорим о том, что происходит здесь и сейчас с нами. Как тогда перед Петром и Иудой, так и сейчас перед Миром лежит все та же альтернатива: идти путем Преображения или путем выживания, путем Прощения или предательства.
Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"