по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > Требования к статьям > Порядок рецензирования статей > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Публикация за 72 часа: что это? > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала
Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Философия и культура
Правильная ссылка на статью:

Современный субстанциональный подход к проблеме тождества личности
Волков Дмитрий Борисович

кандидат философских наук

содиректор, НП "Московский центр исследования сознания"

119121, Россия, г. Москва, ул. Бурденко, 14А

Volkov Dmitrii

PhD in Philosophy

co-director at Moscow Center of the Researches of Consciousness 
 

119121, Russia, Moscow, str. Burdenko, 14A

d.volkov@hardproblem.ru
Другие публикации этого автора
 

 

Аннотация.

Объектом исследования данной статьи является современный философский дискурс о проблеме тождестве личности. Предметом исследования служит субстанциональный подход Р. Суинбёрна и его место в этом дискурсе. Автор анализирует подход Р. Суинбёрна и в частности его основные преимущества – способность решить проблему редупликации личности. Однако, как показывает автор статьи, субстанциональный подход сам не лишен уязвимостей. В первую очередь он уязвим для критики с помощью принципа верификации. Суинбёрн считает, что его подход не согласуется только с сильной версией принципа верификации. Однако, как показывает автор данной статьи, даже слабая версия принципа верификации является проблемой для субстанционального подхода Суинбёрна. Автор представляет собственную альтернативу субстанциональному подходу для преодоления аргумента редупликации и интерпретации связанных с ним гипотетических ситуаций. Такой альтернативой являются пердурантная теория личности Статья представляет исследование в области истории современной аналитической философии. Поэтому ключевой используемый метод исследования – историко-философский. В частности, в ходе исследования использовался текстологический анализ произведений философов, в первую очередь, Р. Суинбёрна, по нескольким источникам проведена реконструкция его взглядов. В статье использован также метод сравнительного анализа, в частности произведено сравнение эмпирицистских подходов и субстанционального подхода к проблеме тождества личности. Статья посвящена субстанциональной концепции тождества личности Р. Суинбёрна. Несмотря на то, что эта концепция представляет важную альтернативу решения проблемы тождества личности, он еще мало изучена, в особенности в российской истории философии. Новизна статьи заключается также в подробном анализе контраргумента верификации в отношении субстанционального подхода. Автор статьи также представляет собственную альтернативу субстанциональному подходу, которая позволяет преодолеть обозначенные трудности. В результате исследования автор приходит к выводу, что субстанциональный подход только частично решает проблему асинхронного тождества личности, и наиболее уязвим для критики с помощью аргумента верификации.

Ключевые слова: Тождество личности, Психологический подход, Физиологический подход, Субстанциональный подход, Ричард Суинбёрн, Билл Вильямс, Дэвид Парфит, Принцип верификации, Аргумент редупликации, Эмпирицистские теории

DOI:

10.7256/2454-0757.2017.1.21669

Дата направления в редакцию:

18-01-2017


Дата рецензирования:

11-01-2017


Дата публикации:

10-03-2017


Abstract.

The object of this research is the contemporary philosophical discourse regarding the question of oneness of identity. The subject of this research is R. Swinburne’s substantive approach and its place within this discourse. The author analyzes Swinburne’s approach, and particularly its key advantages – ability to resolve the issue of reduplication of identity. However, the author demonstrates that the substantive approach also has certain vulnerabilities. First of all, it is susceptible to criticism with the help of the verification principle. Swinburne believes that his approach does not correspond with the strong version of verification principle. But as illustrated in the article, even the weak version of verification principle is an issue for the substantive approach of Swinburne. The author presents his original alternative to the substantive approach for the purpose of overcoming the argument of reduplication and interpretation of the associated with it hypothetical situations. Such alternative is the perdurance theory of identity. The article provides research in the area of history of the modern analytical philosophy, thus uses the historical-philosophical method as the key one. The work is dedicated to the substantial concept of Swinburne’s. Despite the fact that his concept represents an important alternative for resolution of the issue of the oneness of identity, it remains little-studied, especially within the Russian history of philosophy. The scientific novelty consists in a comprehensive analysis of the counterargument of verification pertaining to the substantive approach. The author concludes that the substantive approach is able to solve the issue of the asynchronous oneness of identity just partially, and most susceptible to criticism using the argument of verification.

Keywords:

Reduplication argument, Verification principle, David Parfit, Bill Williams, Richard Swinburne, Substantive approach, Physical approach, Psychological approach, oneness of identity, Empiricist theories

Проблема тождества личности

Проблема тождества личности в современной аналитической философии обычно формулируется как проблема реидентификации личности в различное время. Чтобы решить её в такой формулировке необходимо ответить на вопрос, что означает высказывание о том, что личность P2 во время t2 является той же личностью, что P1 во время t1. То есть необходимо определить условия и критерии тождественности двух личностей в разное время. Определение критериев тождества является необходимым по нескольким причинам. Во-первых, оно позволяет разъяснить условия выживания личности, дает возможность определить, выжила ли личность в условиях радикальных физиологических и психологических изменений. Во-вторых, определение критериев тождества личности позволяет приписывать ответственность личности в одно время за поступки личности в другое время. Например, опираясь на подобные критерии можно определять ответственность пожилого больного человека за поступки, совершенные в молодости в здоровом состоянии, или ответственность человека в здравом уме за поступки совершенные человеком в измененном состоянии сознания или в состоянии аффекта. В третьих, определение условий тождества личности может способствовать решению другой философской загадки – психофизической проблемы. Психофизическая проблема заключается в решении вопроса о соотношении ментального и физического, сознания и мозга. Если критерии тождества личности мало чем отличаются от критериев тождества других физических объектов, то это можно считать доводом в пользу физикалистского решения психофизической проблемы. Если же критерии тождества личности принципиально отличаются от тождества других физических объектов, то это основание в пользу дуалистического решения.

Психологический и физиологический подходы

Во второй половине 20в. наиболее распространенными были психологический и физиологический подходы к решению проблемы тождества личности.  Согласно психологическому подходу тождество личности определяется психологическими характеристиками. Личность продолжает существовать тогда, когда происходит наследование психологических характеристик: воспоминания, убеждения, желания, характер, и исчезает, когда наследников этих качеств не остается. Одним из первых сторонников этого подхода был Дж. Локк. Локк из всех психологических характеристик считал ключевым критерием тождества личности память. «…Так что все то, что имеет сознание настоящих и прошедших действий, есть одна и та же личность, к которой относятся и те, и другие действия» [1, 393]. Он был уверен, что существование простирается в прошлое настолько, насколько прошлое может быть доступно в воспоминаниях, и в будущее настолько, насколько будет распространяться индивидуальное сознание.

Однако, как было замечено критиками, сохранение памяти не всегда сопутствует выживанию личности. Интуитивно кажется, что человек может пережить амнезию, не перестав оставаться той же личностью. Чтобы парировать критику с помощью подобных контрпримеров, современные сторонники психологического подхода (среди них Э. Кинтон, П. Грайс, C. Шумейкер, Дж. Перри), вынуждены были расширить состав психологических критериев тождества и уточнить их связь в разное время. Вместо тождества воспоминаний, они стали рассматривать различные варианты преемственности совокупности психологических характеристик личности. Э. Кайнд в общем виде так формулирует психологическое условие тождества личности:  «A в момент t1 является тождественным B в какое-то другое время t2 если и только если существует психологическая преемственность между B и А» [3, 43]. Под преемственностью в формулировке понимается наличие достаточного числа совпадений.

         Другим распространенным решением проблемы тождества является физиологический подход. У него есть две разновидности: телесный и биологический. Телесный подход предполагает, что пространственно-временное связанность функционирующего тела определяет тождество личности. Сторонниками такого подхода являлись Б. Вильямсон и Дж. Томпсон. Согласно биологическому критерию продолжение работы жизнеобеспечивающих органов является достаточным и необходимым условием тождества личности. Сторонниками этой концепции являются Э. Олсон, П. Сноудон. Биологический критерий тождества личности можно сформулировать так: если X это личность в момент t1, и Y существует в момент t2, X тождественен Y только и если только биологический организм Y преемственен с биологическим организмом X.

Преимущество биологического подхода в том, что он позволяет проводить отождествления даже на тех этапах, когда человек теряет часть или даже все свои психологические характеристики. Это касается ситуаций потери памяти, радикальных перемен в характере и особых возрастных состояний: младенчества и крайней старости. В этих состояниях человек может не иметь полноценных когнитивных способностей. Именно поэтому в формулировке биологического критерия нет установки, что Y тоже должен быть личностью. Биологический подход хорошо согласуется с обыденной практикой реидентификации и соответствует интуициям в отношении множества ситуаций. Но, оказывается, и биологический, и психологический подход уязвимы для Аргумента редупликации, предложенного Б. Вильямсом.

Аргумент редупликации является важнейшим вкладом современной философии в исследования вопроса тождества личности. Можно даже утверждать, что после того, как проблема тождества личности была инициирована в философии Локка, Батлера и Юма «контуры дискуссии вокруг проблемы были зафиксированы и оставались без изменений до конца 1956г. В этом году Бернард Вильямс опубликовал свою важнейшую статью… в которой он обнародовал Аргумент редупликации. Этот аргумент трансформировал последующую дискуссию проблемы и привел философов к формированию принципиально новых позиций»  [5, 141].

Аргумент редупликации

В статье «Тождество личности и индивидуация» 1956г. Вильямс критикует психологические теории тождества с помощью мысленного эксперимента. Автор предлагает вообразить ситуацию, в которой человек по имени Чарлз, живущий в 20-ом веке, утверждает, что он - Гай Фокс, английский дворянин, участник заговора против английского короля в 17в. Согласно мысленному эксперименту Вильямса, Чарлз знает в точности все детали жизни Фокса, даже неизвестные до этого историкам. При этом все утверждения о Фоксе находят удивительные подтверждения, которые могут быть объяснены только тем, что Чарлз действительно имеет воспоминания о жизни Гая Фокса. Вильямс допускает, что кто-то мог быть интерпретировать этот случай как реинкарнацию, то есть утверждать, что Чарлз является той же личностью, что и Гай Фокс. Но автор видит в такой интерпретации ошибку. «Если логически возможно, чтобы с Чарлзом произошли такие изменения [то есть он обрел воспоминания Гая Фокса – Д.В.], то логически возможно, чтобы другой человек одновременно испытал такие же изменения, т.е. например, и Чарлз, и его брат Роберт были в подобной ситуации» [8, 238]. Тогда, следует признать, что оба брата являются той же личностью, что Гай Фокс. Но это утверждение, по мнению философа, противоречиво. Ибо тогда получается, что Гай Фокс находится в двух местах одновременно, и что оба брата тождественны друг другу. А это невозможно.

Из этого рассуждения следует, что даже когда Чарлз единственный, кто помнит жизнь Гая Фокса, оснований считать его Гаем Фоксом тоже не достаточно. Ведь факт тождества Чарлза и Гая Фокса не может зависеть от существования других личностей с какими-то воспоминаниями. Тождественность является внутренним (intrinsic), а не контекстуально зависимым отношением. Таким образом, аргумент редупликации Вильямса подрывает убеждение, что воспоминания служат основанием для тождественности личности. Аналогичным образом аргумент дает основания считать любые психологические критерии достаточными для тождества личности. Ведь эти критерии также могут быть «редуплицированы» Чарлзом и Робертом. Более того, если аргумент редупликации верен, то его логика может быть использована также для критики всех подходов с потенциалом дупликации. «Вильямс представил затруднение для любого подхода к тождеству, допускающего отношение дупликации», - утверждает Дж. Перри [6, 428].

Под ударом оказывается и телесный подход.

Важнейшим физиологическим органом является мозг. Как известно, мозг состоит из двух полушариев, функции которых во многом пересекаются. Предположим, в будущем появляется возможность осуществлять трансплантацию как целого мозга, так и его отдельных полушария. Предположим также, что человек по имени Браун смертельно болен и необходимо провести трансплантацию его мозга. Для надежности ему выбирают двух доноров и каждому из доноров пересаживают половину его мозга. После трансплантации оба человека имеют физиологическую преемственность с Брауном. Но по логике аргумента Вильямса они оба не могут быть Брауном. Но тогда даже если только один донор выживает, он тоже не может быть Брауном, ведь отношение тождественности не контекстуально-зависимое. Таким образом, в связи с аргументом  редупликации даже некоторые телесные подходы к тождеству личности оказываются под сомнением. Критика психологического и физиологического подходов с помощью аргумента редупликации и его вариацией привело философов к поиску альтернативных решений, в частности, возрождению субстанционального подхода. 

Субстанциональный подход и его сторонники

Согласно субстанциональному подходу тождество личности заключается в тождестве субстанции. Иными словами, чтобы личность P2 в момент t2 была той же самой, что личность P1 в момент t1, у них должна быть одна нумерическая субстанция. Под субстанцией обычно подразумевается принципиально единая и неделимая сущность вроде живой нематериальной души или монады, ментальной вещи, способной существовать автономно от тела и мозга. То есть сторонник этой теории должен занимать дуалистическую позиции в отношении проблемы сознания-тело. Субстанциональный подход является по определению Д. Парфита, ведущего современного теоретика тождества личности, «простым решением» проблемы тождества в том смысле, что он предполагает одно единственное обстоятельство, определяющее тождественность – неизменную духовную монаду. Простой подход не сводит тождество личности к тождеству или преемственности каких-то других свойств. В этом смысле он отличается от описанных выше «комплексных решений»: психологического и физиологического, которые по своей сути являются редукционистскими. Субстанциональный подход обеспечивает психологический комфорт, создавая личности как бы дополнительный контур безопасности. Возможно, в силу этого он разделяется большинством обывателей. В рамках этой теории можно непротиворечиво помыслить реинкарнацию, воскрешение в теле или бестелесную жизнь после смерти, переселение в другое тело или даже совместное использование двумя или более ментальными субстанциями одного тела. То есть эта теория согласуется с распространенными представлениями о возможностях существования и выживания личности. Субстанциональных подход позволяет также решить вопрос о единстве сознания, об уникальной природе «личности» (через нумерическую уникальность субстанции), установить тождество между бессознательными фазами жизни человека (в том числе в состоянии эмбриона и вегетативном состоянии) и зрелой сознательной личностью, объяснить особую заботу личности о своем будущем и моральную ответственность. Возможно, с учетом тезиса о неделимости ментальной субстанции, он также позволяет разрешить описанные выше парадоксы редупликации личности. В силу множества этих обстоятельство его разделяют и философы.

Самым знаменитым сторонником простого решения был Р. Декарт. Вслед за Декартом «постое» решение проблемы тождества личности разделяли также Дж. Батлер и Т. Рид. Среди современников наиболее известными философами, отстаивающими эту позицию, считаются американец Р. Чизольм и британец Р. Суинбёрн. В этой статье я остановлюсь подробнее на аргументах оксфордского философа [2]. Его защита субстанциональных критериев тождества построена на современной критике психологического и физиологического подхода и наиболее любопытна. Р. Суинбёрн был гостем Московского центра исследования сознания в мае 2010 и рассказал о своей позиции в подробном интервью. Однако в целом работы этого философа не достаточно известны в российском философском сообществе.

Субстанциональный поход Р. Суинбёрна

         Суинбёрн различает эпистемологический и метафизический уровни решения проблемы тождества личности. Первый уровень, по его мнению, относится к практической задаче реидентификации, то есть заставляет исследователей искать наглядные свидетельства тождественности. Второй уровень  относится к подлинному основанию тождественности. Философ считает, что эмпирицистские теории (так Суинбёрн называет психологический и физиологический подходы) успешно справляются с первой задачей, но не способны решить вторую. Память, психологическая преемственность и физиологическая связь действительно являются надежными сопутствующими критериями, но эти факторы не являются основой тождественности личности. Ключевой причиной для этого вывода является неизбежное, по мнению Суинбёрна, следствие эмпирицистских теорий: в некоторых гипотетических случаях согласно этим теориям «не существует правильного ответа на вопрос, являются ли две личности тождественными…» [7, 235]. Все эмпирицистские теории ведут к абсурдным следствиям. Доказательство начинается с новой классификации, которую предлагает оксфордский философ и которая, по его замыслу, исчерпывает эмпирицистские альтернативы. Эта классификация предполагает три типа теорий. Против каждого типа Суинбёрн использует отдельный аргумент. Результатом этих рассуждений является опровержение всех эмпирицистских теорий.

Недостатки эмпирицистских теорий

Первый тип эмпирицистских теорий предполагают возможность редупликации. Такими теориями являются классические теории, основанные на психологических критериях: памяти и характере. Согласно таким теориям личность P2 в момент t2 является тождественной личности P1 в момент t1, если удовлетворяет какому-то критерию, при этом более одной личности может удовлетворять этому критерию. По мнению Суинбёрна, такие теории являются ложными, потому, что неизбежным следствием их является противоречие. Одна личность в прошлом согласно этим теориям может оказаться двумя и более личностями в будущем, как в случае с Гаем Фоксом, Чарлзом и Робертом. Но две личности не могут быть тождественны одной, а также две тождественные личности не могут быть в разных местах. Следовательно, критерий тождества, выдвигаемый этими теориями ложен.

Теории второго и третьего типа не допускают редупликации, но это ограничение реализуется разным способом. Теории второго типа - это теории первого типа, к которым просто добавлено дополнительное условие, запрещающее редупликацию. Это условие может звучать так: личность в момент t2 не может быть той же личностью в момент t1, если в момент t2 существует еще какая-то личность, удовлетворяющая тем же критериям тождества. Не только психологические, но и физиологические теории могут относится ко второму типу. Например, ко второму типу относятся теории, согласно которым утверждается, что P2 во время t2 это та же личность, что P1 во время t1, если и только если существует пространственно-временная преемственность между какой-то частью мозга P1 и P2 и не существует аналогичной преемственности между какой-то частью мозга P1 и другой личностью, кроме P2. Теории второго типа, по мнению Суинбёрна, тоже ведут к абсурдному следствию. Этим следствием является то, что решение о тождестве и выживании личности в этих теориях зависит от судьбы каких-то других личностей. Примером может служить случай с трансплантацией двух полушариев разным донорам. Согласно теориям второго типа, выживание личности будет возможно только, если один из доноров погибнет, а это крайне контринтуитивное следствие. Следовательно, заключает Суинбёрн, теории этого типа тоже ложные.

Теории третьего типа также не допускают редупликацию, но в них нет дополнительного условия. Просто в этих теориях критерии тождества определены так, чтобы им могла соответствовать только одна личность в будущем. Примером может служить теория, которая основывается на следующем физиологическом критерии тождества: P2 во время t2 это та же личность, что P1 во время t1, если и только если существует такая пространственно-временная преемственность между организмом P1 и P2, что на каждой предшествующей временной стадии между t2 и t1 организм имел более 90% мозга организма предшественника. Такое условие не допускает «разделение» организма, ибо тогда не будет удовлетворено условие наличия 90% предшествующего мозга.

Теории такого типа тоже ведут к абсурдному следствию. Этим абсурдным следствием является то, что одна и та же личность может являться и не являться тождественной другой личности в зависимости, каким образом она претерпевала изменения. Так, личность, единомоментно потерявшая 50% мозга не выживет (так как ее потеря более 90%), но если она потеряет 50% процентов мозга в результате череды потерь, каждая из которых будет составлять менее 10% - то она продолжит существование.

Кроме того, критерий тождества, предлагаемый такой теорией, представляется произвольным. Почему 90%? Почему 70% или 80% мозга не достаточно для выживания? Как решить, где именно должна проходить грань, обеспечивающая тождество? Какое бы отношение не было поставлено, оно будет выглядеть искусственным и произвольным. Кроме того, всегда остается возможность для пограничного случая. Предположим, теория допускает, что для выживания достаточно сохранения 50% мозга. Тогда представим случай, что именно 50% мозга сохраняется у пациента после вынужденной операции. Прекратиться ли его существование (даже если пациент выживет и сохранить когнитивные способности)? По мнению Суинбёрна, логично предположить, что до операции сам пациент будет переживать и оценивать операцию как рискованную, даже если все факты об исходе будут известны заранее. Это, по мнению оксфордского философа, свидетельствует о ложности теорий третьего типа.

Суинбёрн считает, что фундаментальная проблема этих теорий в том, что они вопрос о тождестве личности уподобляют вопросу о тождестве других физических объектов. «Нет ничего загадочного в отношении пограничного случая, когда новый автомобиль, сконструирован из частей моей старой машины и новых частей. Поскольку у машин нет чувств и надежды на выживание… Но сознающий объект, которым является личность, желает оставаться в сознании, и кажется, что не может существовать промежуточной возможности между тем, чтобы это была та же личность или другая» [7, 240]. По мнению оксфордского философа, личности (как объекты с сознанием) принципиально отличаются от других физических сущностей и имеют особые условия тождественности.

Особенности субстанционального подхода Суинбёрна

Эмпирицистских теорий не проводят этого различия, и Суинбёрн считает это основанием для сомнения в их истинности. Единственным решением этой метафизической головоломки, с его точки зрения, может быть субстанциональный подход. В основании его субстанционального подхода несколько утверждений, которые я обозначу как тезисы о: нередуцируемости, скрытом основании, об определенности и дискретности отношения тождества личности. Совокупность этих тезисов составляет содержательно ядро позиции Суибёрна. Согласно тезису о нередуцируемости «тождество не заключается исключительно в преемственности одной или нескольких наблюдаемых характеристиках… Единственной альтернативой является сказать, что тождество личности – это нечто фундаментальное» [7, 240]. То есть, согласно теории Суинбёрна, единство личности не сводимо к каким-то другим отношениям.

Фундаментальным нередуцируемым, отношением, по мнению философа, является тождество субстанции, нематериальной сущности. Это утверждение я называю тезисом о скрытом основании. Основными свойствами этой сущности является способность «иметь сознательные состояния (например, мысли и ощущения) и осуществлять намеренные действия» [7, 27]. Согласно тезису о скрытом основании отношения между наблюдаемыми характеристиками представляют лишь косвенные свидетельства тождества субстанции, но не гарантируют его.

Одна нематериальная субстанция всегда либо тождественна, либо не тождественна другой субстанции в другое время. Это третий тезис, который я называю тезисом определенности. Всегда будут сценарии, в которых есть вся информация о наличии наблюдаемых характеристиках, однако ответ о тождественности конкретной личности, не определен. Это не означает, что ответ действительно не определён. Просто они не позволяют определить его.

Эмпирицистские теории склоняют нас к тому, чтобы считать тождество вопросом степени. То есть они допускают истинность высказываний «он в большей степени тот же человек, что и был». Но, по мнению Суинбёрна, эти высказывания ложные. Высказывания о тождестве личности всегда дискретные: это либо полностью та же личность, либо полностью другая. И промежуточных случаев быть не может – личность не может быть в какой-то степени той же. Это утверждение мы будем называть тезисом дискретности. Можно ввести понятие тождества личности со степенью тождества по аналогии с физическими объектами, отрицающим тезис дискретности. Но этот ход не продуктивный, так как он, с позиции Суинбёрна, не относится к понятию тождества личности, с которым мы имеем дело в обыденном языке. Все четыре тезиса, напротив, соответствуют обыденным интуициям в отношении тождества личности.

Критика субстанционального подхода с помощью верификационизма

         Субстанциональный подход имеет ряд описанных выше преимуществ: он согласуется с обыденными интуициями в отношении тождества и реидентификации личности, решает запутанные ситуации с редупликацией и разделением личностей. Но он сам является мишенью для критики. Против него можно использовать аргументы, построенные на принципе верификации. Этот принцип защищался логическими позитивистами в первой половине 20в. Однако в его основе лежат идеи, заложенные еще Д. Юмом.  Как пишет историк философии, исследователь верификационизма C. Мисак: «Они [логические позитивисты – Д.В.] в качестве исходной точки взяли ключевую мысль Юма о том, что обоснованные убеждения должны быть обоснованы данными опыта» [4, 56]. Согласно одной из формулировок принципа верификации «осмысленные предложения – это те предложения, истинность или ложность которых на практике может быть подтверждена» [4, 61].

Опираясь на принцип верификации в такой формулировке, можно попытаться доказать, что утверждение о субстанциональной основе тождества личности не является осмысленным. Для этого необходимо сопоставить его с тезисом о скрытом основании тождества из теории Суинбёрна. Согласно тезису о скрытом основании тождества, наблюдаемые характеристики могут лишь косвенным образом способствовать реидентификации. То есть любые внешние свойства, доступные в опыте, не являются достаточным основанием для реидентификации. То есть на практике невозможно окончательно подтвердить тождество личности в разное время. Но это противоречит принципу верификации в описанной выше формулировке. Значит ли это, что субстанциональный подход выдвигает бессмысленный критерий тождества личности?

Такой верификационистский аргумент мог бы быть использован против подхода Суинбёрна. Однако посылка в аргументе на самая надежная. Принцип верификации в такой формулировке, в его сильной версии, сам уязвим для критики. На это указывает Суинбёрн: «Что касается меня, я не нахожу оснований принимать любые из этих видов верификационизма. До тех пор, пока мы понимаем грамматическую форму повествовательного предложения и слов, которые в нем употребляются, мы понимаем, что в нем утверждается, даже если нет мыслимых способов подтвердить его истинность или ложность» [7, 39-40]. По мнению оксфордского философа, сильная версия верификационизма предъявляет слишком высокие требования, так что даже тривиальные утверждения попадают в категорию бессмысленных. Это сводит принцип к абсурду. В качестве примера он приводит выражение «в комнате стоит стол». Это утверждение нельзя абсолютно точно подтвердить или опровергнуть, так как восприятие стола может быть иллюзией или сном. Значит, по принципу верификации в сильной версии это бессмысленное выражение. Но это абсурд, и, значит, принцип верификации в сильной версии ложен.

Суинбёрн считает, для осмысленности выражения достаточно, чтобы был хоть какой-нибудь способ вероятностной верификации или фальсификации утверждения, Это утверждение можно считать слабой версией верификационизма. Оно вполне правдоподобно. Для подтверждения, философ предлагает использовать три предложения: «на нашей планете нет единорогов»; «в нашей галактике нет единорогов»; «в нашей Вселенной нет единорогов». Практическая возможность проверки всех трех утверждений разная, но представляется, что они в равной степени имеют смысл. Из этого, по мнению Суинбёрна, следует, что любой способ вероятностной верификации достаточен для осмысленности высказывания. «До тех пор, пока мы требуем только возможности подтверждения или опровержения, будь то возможность логическая, физическая или практическая, доступной хотя бы одной личности или какому-нибудь, сейчас или когда-нибудь, дуалистическая теория тождества личности не будет уязвима для верификационизма» [7, 40-41].  Таким образом,     Суинбёрн опровергает сильную версию, и соглашается со слабой версией верификационизма. При этом  он считает слабую версию верификационизма совместимой с утверждением о субстанциональных критериях тождества личности.

Действительно, психологические и физические характеристики не дают безусловной гарантии тождества. Но, согласно субстанциональному подходу Суинбёрна, наличие преемственности в психологических характеристиках и биологической субстанции позволяет косвенным образом с некоторой вероятностью реидентифицировать личность. Так, сохранение большей части мозга и воспоминаний в рамках субстанционального подхода является подтверждением, что личность P2 – это та же личность, что и личностью P1. А появление конкурента P*2 с большей частью мозга и воспоминаний P1  - фальсификацией отождествления P2 и P1. То есть, по мнению Суинбёрна, существуют вероятностные способы верификации субстанциональных критериев тождества личности, а значит, они осмысленны.

         Ответ оксфордского философа на критику с помощью верификационизма я считаю не до конца удовлетворительным. Вопреки утверждениям Суинбёрна, я считаю, что даже слабая версия верификационизма не совместима с субстанциональным подходом к тождеству личности. Оксфордский философ утверждает, что физические и психологические характеристики дают косвенные основания верификации. Но психологические и физические характеристики могли бы быть косвенным свидетельством тождества субстанции только, если бы они были должным образом связаны с субстанцией. Эта особая связь могла бы быть отношением тождества, супервентности или каузальной зависимости. Но таких связей, как мне представляется, нет. Отношение тождества между нематериальной субстанцией, психологическими характеристиками и физическими свойствами  должно быть отвергнуто, так как по определению Суинбёрна, нематериальная монада обладает совсем иными свойствами: она неделима и ее сущностные свойства не могут быть скопированы. Отношение супервентности предлагает прямую зависимость свойств: набор свойств Б является супервентным по отношению к набору свойств А в том случае, если объект не может различаться в свойствах Б, без различий в свойствах А. Из теории Суинбурна следует, что субстанция может быть неизменной при изменении психологических и физических характеристик. Следовательно,  между свойствами субстанции и этими свойствами не существует отношения супервентности. И, наконец, тезис о каузальной связи между субстанцией, психологическими и телесными свойствами крайне проблематичен.

Очень мало философов допускают участие субстанций в каузальных связях. Наиболее распространено мнение о том, что только события могут находиться в каузальной связи. Более того, каузальная эффективность нематериальной субстанции, еще более экзотична, так как она плохо согласуется с правдоподобным тезисом о каузальной замкнутости физического мира. Нужно опровергнуть много аргументов, чтобы доказать, что нематериальная субстанция может быть каузально связана с психическими и физическими характеристиками. Таким образом, связь между монадой и этими свойствами, скорее всего, аналогична связи между изображениями, описаниями единорогов, продаваемыми «рогами» единорогов и единорогами.

«Доказательства» существования единорогов не подтверждают их существования, потому, что отсутствует должная связь между ними и единорогами. Эти «доказательства» не тождественны единорогам, не супервентны и каузально не связаны с существованием единорогов. Описания этих удивительных животных не связаны каузально с восприятиями единорогов, а «рога» на самом деле являются рогами нарвалов. Как из обнаружения большего числа текстов или «псевдорогов» не следует увеличение вероятности существования единорогов, так из наличия большого числа преемственных психологических и физических характеристик не следует большая вероятность тождества монады. Это можно проиллюстрировать гипотетическим случаем: души Чарлза и Роберта меняются местами. Физические характеристики этих двух людей не изменяются. Поскольку психологические характеристики супервентны над физическими, психологические характеристики также остаются неизменными. Со стороны никак нельзя обнаружить, что произошла смена монад. Но и изнутри, в интроспекции Чарлз и Роберт не может обнаружить смены, ибо они сохраняют все ту же память и психологические особенности. Выходит, никто и никак не может обнаружить смены монад, то есть никаким образом и ни с какой вероятностью нельзя подтвердить или фальсифицировать эту смену. Значит, констатация такого изменения является бессмысленным выражением, а, следовательно, и субстанциональный критерий тождества личности.

Впрочем, у Суинбёрна есть еще козырная карта – аргумент редупликации Вильямса. Этот аргумент приводит к абсурдным следствиям эмпирицистские теории тождества. Без того, чтобы опровергнуть этот аргумент или предложить непротиворечивый анализ связанных с ним гипотетических ситуаций, сохраняется патовая ситуация. Но мне кажется, её тоже можно преодолеть. Решением в данном случае может быть пердурантный подход к тождеству личности. Пердурантизм – это философская теория, согласно которой объект имеет не только пространственные, но и временные части. Пердурантизм противоположен эндурантизму. Согласно последнему, объект полностью присутствует в каждый момент времени. Если предположить, что личность – пердурантный объект, то гипотетические ситуации с разветвлением личности перестают быть противоречивыми. Рассмотрим в этом контексте случай с Гаем Фоксом, Чарлзом и Робертом. Напомню, Суинбёрн обнаруживает проблему, когда две личности, Чарлз и Роберт начинают вести себя как Гай Фокс, имеют воспоминания Гая Фокса и т.п. Суинбёрн говорит, что одна личность (Гай Фокс) оказывается сразу двумя личностями (Чарлзом и Робертом). Но две личности не могут быть тождественны одной, а также две тождественные личности не могут быть в разных местах.

Опираясь на пердурнатную теорию тождества можно возразить, что в данном случае раздвоения не происходит. Просто существуют две личности: Роберт-Гай Фокс и Чарлз-Гай Фокс. Эти две личности разные, но у них есть пересекающаяся часть – Гай Фокс. Подобно тому, как две комнаты могут иметь одну общую стену, две личности могут иметь одну общую часть истории. В этом нет никакого противоречия. Наиболее перспективной пердурантной теорией личности является нарративный подход. Он вбирает в себя преимущества психологического и физиологического подхода к проблеме тождества личности. Однако здесь я не предполагаю разбирать. Ведь целью данной статьи является анализ субстанционального подхода и его критика.

Выводы

Субстанциональный подход Р. Суибёрна представляет альтернативу психологическому и физиологическому подходу в решении проблемы асинхронного тождества личности. Он позволяет избежать абсурдных следствий, возникающих в гипотетических ситуациях редупликации. Однако сам субстанциональный подход является мишенью для критики с помощью принципа верификации. Вопреки утверждениям Суинбёрна, он противоречит не только сильной, но и слабой версии верификационизма, и ведет также к абсурдным последствиям. Критика Суинбёрном психологического и физиологического подхода обоснована, но существует перспективный путь ответа на эту критику. Такой перспективой является пердурантный подход к проблеме тождества личности.

Библиография
1.
Локк Дж. Сочинения в 3-х т. Т. 1. Опыт о человеческом разумении. М.: Мысль, 1985. 560 с.
2.
Chisolm R. On the simplicity of the soul // Philosophical perspectives, Vol. 5, Philosophy of religion, 1991. P. 153-174.
3.
Kind A. Persons and personal identity. Cambridge, 2015. 180 p.
4.
Misak C. Verificationsim. Its history and prospects. London and New York: Routledge, 2005. 180 p.
5.
Noonan H. Personal identity. London and New York: Routledge, 2003. 256 p.
6.
Perry J. Review of Williams’s problems of the self // Journal of philosophy. Vol. 73, 1976. P. 421-457.
7.
Shoemaker S., Swinburne R. Personal Identity. Oxford: Wiley-Blackwell, 1991. 325 p.
8.
Williams B. Personal identity and individuation // Proceedings of the Aristotelian society, New series, vol. 57, 1956-1957. P. 229-252.
References (transliterated)
1.
Lokk Dzh. Sochineniya v 3-kh t. T. 1. Opyt o chelovecheskom razumenii. M.: Mysl', 1985. 560 s.
2.
Chisolm R. On the simplicity of the soul // Philosophical perspectives, Vol. 5, Philosophy of religion, 1991. P. 153-174.
3.
Kind A. Persons and personal identity. Cambridge, 2015. 180 p.
4.
Misak C. Verificationsim. Its history and prospects. London and New York: Routledge, 2005. 180 p.
5.
Noonan H. Personal identity. London and New York: Routledge, 2003. 256 p.
6.
Perry J. Review of Williams’s problems of the self // Journal of philosophy. Vol. 73, 1976. P. 421-457.
7.
Shoemaker S., Swinburne R. Personal Identity. Oxford: Wiley-Blackwell, 1991. 325 p.
8.
Williams B. Personal identity and individuation // Proceedings of the Aristotelian society, New series, vol. 57, 1956-1957. P. 229-252.
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"