по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редакционный совет > Редакция > Порядок рецензирования статей > Рецензирование за 24 часа – как это возможно? > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Публикация за 72 часа: что это? > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Litera
Правильная ссылка на статью:

Проблема мировосприятия и социальной адаптации в романе Милана Кундеры «Невыносимая легкость бытия»
Быкова Наталья Ивановна

кандидат педагогических наук

доцент, заведующий кафедрой, Омский государственный университет им. Ф.М. Достоевского

644116, Россия, г. Омск, ул. Красный Путь, 36, оф. 313

Bykova Natalia Ivanovna

PhD in Pedagogy

associate professor of the Department of Film, Photo, and Video Creative Work at Omsk F. M. Dostoevsky State University

644116, Russia, Omsk, str. Krasnyi Put', 36, of. 313

bukovani@mail.ru
Другие публикации этого автора
 

 

Аннотация.

Предметом исследования является роман современного прозаика Милана Кундеры «Невыносимая легкость бытия». Объектом исследования являются проблемы, поднимаемые писателем, в частности проблема мировосприятия героями произведения и социальной адаптации. Автором детально исследуется образы главных героев, особенности композиции и основные идеи романа, позволяющие осмыслить проблематику. Изучается вопрос взаимоотношения повествователя, героев и автора произведения. Особое внимание уделяется реминисценциям, среди них – миф о царе Эдипе, интерпретация которого важна для понимания мировоззрения героев. Основными методами данного исследования являются сравнительно-исторический и аналитический. Анализируются предложенные писателем концепции философского и нравственно-этического плана. Научная новизна статьи заключается в том, что вопрос о мировосприятии героями романа «Невыносимая легкость бытия» в соотношении с образом повествователя, философскими и нравственно-этическими концептами детально не исследовался. Именно этот роман очень важен для понимания всего творчества М. Кундеры, так как, с одной стороны, здесь обозначены важнейшие общечеловеческие проблемы, связанные с выбором жизненного пути, «душой и телом»; с другой стороны, это произведение одно из самых читаемых в творчестве писателя, потому что в нем серьезные проблемы философского мировосприятия раскрываются через общечеловеческие ценности.

Ключевые слова: Милан Кундера, проблема, рефлексия, мировосприятие, социальная адаптация, повествователь, миф, композиция, сюжет, читатель

DOI:

10.7256/2409-8698.2016.4.21063

Дата направления в редакцию:

20-11-2016


Дата рецензирования:

17-11-2016


Дата публикации:

28-01-2017


Abstract.

The subject of study is a novel of contemporary novelist Milan Kundera "The unbearable lightness of being". The object of research is problems raised by the writer, in particular, the problem of attitude with the characters and social adaptation. The author in detail investigates the images of the main characters, especially the composition and the main ideas of the novel, allowing to understand the issues. We study the question of the relationship of the narrator, characters and author. Special attention is given to reminiscences, among them the myth of king Oedipus, the interpretation of which is important for understanding the mindset of the characters. The main methods of this study are comparative historical and analytical. Analyzes proposed by the writer of philosophical concepts and moral and ethical. Scientific novelty of the article lies in the fact that the question of the worldview of the heroes of the novel "the Unbearable lightness of being" in relation to the image of the narrator, philosophical and ethical concepts in detail not investigated. This novel is very important for understanding of creativity of M. Kundera, because, on the one hand, it marked the most important human problems associated with the choice of life, "body and soul"; on the other hand, this work is one of the most widely read in the works of the writer, because the serious problems of a philosophical worldview revealed through human values.

Keywords:

narrator, social adaptation, worldview, reflection, problem, Milan Kundera, myth, composition, storyline, reader

Введение

Известный роман современного прозаика Милана Кундеры «Невыносимая легкость бытия» привлекает внимание читателей сегодня так же, как и тридцать лет назад.

Роман «Невыносимая легкость бытия» был написан в 1982 году на чешском языке, произведение было опубликовано в 1984 году в Канаде. Поднимаемые автором проблемы носят интернациональный характер, несмотря на историческую привязку к фактическим событиям. Ситуация во многом объясняется судьбой писателя, первые романы которого издавались на чешском языке, а после принятия французского гражданства, когда М. Кундера был приглашен на должность профессора Реннского университета во Франции – на французском.

Милан Кундера начинал обучение на философском факультете Карлова университета в Праге и философичность его мировосприятия, ощущаемая в романе «Невыносимая легкость бытия», - одна из главных черт романа. Аура «легкости и одновременно тяжести жизни», сопровождающая персонажей, столкнувшихся с непреодолимыми для них жизненными перипетиями, привлекает читателей неоднозначностью трактовки.

Динамичный сюжет, основанный на реальных исторических событиях, вместе с яркими неповторимыми образами главных героев привлекают не только читателей, но и кинематографистов. В 1988 году Филип Кауфман снимает по роману М. Кундеры фильм «Невыносимая легкость бытия» («The unbearable lightness of being»). Несмотря на отход режиссера от углубленной философичности, картина получилась яркой и запоминающейся. Акцент был сделан на эпизоды трагической судьбы героев и их любовных похождениях. Мелодрама не только понравилась зрителям, но и была высоко оценена компетентным жюри.

Фильм был номинирован на несколько серьезных кинопремий. В частности, премия Британской киноакадемии за лучший адаптированный сценарий, авторами которого являлись Филип Кауфман и Жан-Клод Каррьер; премия за лучшую операторскую работу, главным оператором был Свен Нюквист; премия Национального общества кинокритиков США; две номинации на премию «Золотой глобус», две номинации на премию «Оскар». В главной роли снялся Дэниел Дэй-Льюис, известный британский актер, трижды удостоенный премии «Оскар» за лучшую мужскую роль в кино.

Действительно, роман Милана Кундеры кинематографичен, и это не случайно. Поступив на философский факультет университета в Праге М. Кундера переводится на факультет кино Пражской Академии, поэтому в произведениях писателя так сильны компоненты визуализации. Некоторые эпизоды романа выстроены как киносценарий, что позволяет экранизировать произведение, сохраняя авторскую трактовку персонажей.

Проблематика романа М. Кундеры «Невыносимая легкость бытия»

Многозначный роман Милана Кундеры поднимает много проблем. В данной статье мы остановимся на двух: это проблема мировосприятия и социальной адаптации. Обе проблемы тесно связаны между собой.

На самых первых страницах романа ставится вопрос, на который предназначено ответить все повествование: что предпочтительнее - тяжесть или легкость бытия? Этот вопрос в шестом веке до Рождества Христова задавал себе Парменид.

Древнегреческий философ, основатель и ведущий представитель Элейской школы, Парменид ответил, что тяжесть негативна, легкость позитивна. «Прав ли он был?» – ставится вопрос в романе. Противоположность «тяжесть-легкость» представляется в произведении как самая загадочная и многозначительная из всех противоположностей, так как нет никакого сравнения, ведь человек проживает всю свою жизнь разом, впервые и без подготовки. Как если бы актер играл свою роль в спектакле без всякой репетиции. «Но чего стоит жизнь, если первая же ее репетиция есть уже сама жизнь?» – задумывается повествователь вслед за автором и приходит к мысли, что жизнь всегда подобна наброску, хотя и «набросок» не точное слово, поскольку набросок – это начертание чего-то, тогда как набросок, каким является наша жизнь – это начертание «к ничему», так и не воплощенное в картину.

Пармениду в романе противопоставлен Л. Ван Бетховен, для которого тяжесть является чем-то положительным. Его выражение «Es muss sein!» («Это должно быть!») становится одним из ведущих лейтмотивов произведения. «Der schwer gefasste Entschluss» (тяжко принятое решение) связано с образом судьбы; тяжесть, необходимость и ценность суть три понятия, внутренне зависимые друг от друга: лишь то, что необходимо, тяжело, лишь то, что весит, имеет цену… величие человека мы усматриваем в том, что он несет свою судьбу, как нес Атлант на своих плечах свод небесный» [1, с. 18-19].

Главный герой произведения – Томаш. Перед читателем яркая, интересная личность. Томаш – талантливый хирург. Человек, который, на первый взгляд, представляется баловнем судьбы. У него есть все, о чем может мечтать среднестатистический читатель: престижная работа, друзья, женщины, жена, собака.… Все это приходит очень легко, как бы, само собой. Как подарок судьбы. Однако в процессе чтения романа читатель приходит к мысли о том, что за все жизни нужно платить, даже за легкость. Эта идея заложена в этимологии названия произведения «Невыносимая легкость бытия».

Томаш относится к жизни слишком легко. Одарённый от природы, он не преодолевает множества препятствий для достижения цели, как это происходит с большинством. Одной из его главных черт является легкость. Легко, как бы скользя по течению, герой вступает в один брак, потом во второй. С первой женой и ребенком он практически не общается. Но, несмотря на неудачный первый брак, с такой же легкостью продолжает свои бесконечные любовные похождения после повторной женитьбы. Не придавая значения тому факту, что его постоянные измены больно ранят его молодую жену. Так же, практически не задумываясь о последствиях, герой пишет статью об Эдипе, которая предопределяет его судьбу.

Легкость, с которой идет по жизни герой, и его основная проблема, и его главное достоинство; отсюда и возможность окружить себя любовными приключениями, и тяжелые последствия необдуманных поступков.

Проблема мировосприятия героями романа заключается в том, что они видят и воспринимают окружающую действительность очень узко и крайне субъективно.

Нежелание или невозможность иного мировосприятия во многом предопределено тем, что герои увлечены только собой, своими чувствами и своими желаниями.

В романе кроме Томаша присутствует еще 3 важных для понимания смысла произведения персонажа: Тереза – молодая жена Томаша, Сабина – его подруга, Франц – возлюбленный Сабины.

Каждым из них движет какое-то определенное чувство. Томашем движет стремление к легкости бытия, которое сводит смысл его жизни к эротическому похождению. Терезу влечет непреодолимая тяга к падению, головокружение, захватившее и ее мужа, который по воле обстоятельств и попадая во власть Терезиной слабости, из талантливого хирурга становится простым рабочим. Сабину опьяняет жажда предательства, перед «зовущим горном» которой героиня не может устоять.

Весь мир Терезы сконцентрирован на Томаше. Больше ничего не существует. Именно поэтому ей так трудно найти себя. Ее как бы нет в этом мире. Есть только Томаш. Поэтому она счастлива по-настоящему только тогда, когда Томаш теряет работу и герои оказываются в деревне. Она любит музыку, книги, Томаша и свою собаку. И все это у нее есть именно в деревне. В романе головокружение – это опьянение слабостью. «Человек осознает свою слабость и старается не противится, а, напротив, поддаться ею. Опьяненный своей слабостью, он хочет быть еще слабее, он хочет упасть посреди площади, передо всеми, хочет быть внизу и еще ниже, чем внизу» [1, с.36].

Судьбы героевпроизведения - это серьезный повод задуматься о многих вопросах мировосприятия, смысла бытия, социальной адаптации.

Легкость, с которой Томаш идет по жизни мешает ему приспосабливаться к изменяющимся обстоятельствам. Жизнь не стоит на месте, и, значит, нужно в ней что-то менять. Именно этого герой не умеет делать. У него появляется новая молодая жена, а образ жизни остается тот же самый. Меняется политическая ситуация в Чехии, а ни открыто принять ее, ни открыто противостоять ей герой не может. Социальная адаптация предполагает приспособление человека к существующей или изменившейся социальной среде. Этот процесс предполагает анализ текущей ситуации в обществе и осознание своей роли и своих возможностей для того чтобы вписаться в ту социальную роль, которую ты имеешь, или хотел бы получить.

Политическая ситуация в Чехии – это отправная точка в судьбе героев. В то же время можно сказать, что для осмысления основных проблем романа не важно, какие именно исторические события стали фактором, предопределившим судьбу героев. Таким же образом на то, что произошло с Томашем, могли повлиять любые события.

Эта же легкость – причина того, что герой, не задумываясь, меняет женщин, потому что любовь для него – это всплеск настроения, состояние души, ни к чему не обязывающее приключение.

Эта же легкость, точнее сказать, одно из ее последствий – беспечность, становится причиной статьи об Эдипе, повлекшей за собой цепь негативных для судьбы героя событий.

Беспечное отношение к политическим противникам, необдуманность в высказывании точек зрения может проявляться во всем, что делает человек, если не задумываться о целях того или иного действия и о его последствиях.

Таким образом, легкость и причина жизненных проблем Томаша, и качество, позволившее ему пережить и справиться с этими проблемами.

В произведении многое построено на парадоксах и неожиданных поворотах.

Творческий интерес Кундеры к новым художественным решениям в каждом произведении ведет к модернистской и постмодернистской демонстрации его «сделанности». Это узаконивание автономности «романной реальности» осуществляется через обнажение приемов формотворчества. М. Кундера придерживается традиционного рассказывания историй, однако неожиданная дискретность изложения событий, их перебивка эссеистическими приемами и образ автора-персонажа преображают сюжетное повествование. Часто это синтез романной изобразительности и эссе; сплав научного, аналитического стиля, массмедийной речи, стилизованной манеры рококо, оттененной иронией повествовательно-поэтического языка; цитатность и ставшая у постмодернистов нацелено используемым приемом, интертекстуальность [2].

Целям нравственного и философского осмысления различных категорий посвящен «Краткий словарь непонятных слов», входящих в третью часть романа «Слова непонятные». Здесь через соотношение восприятий определенного понятия двумя героями (Сабиной и Францем) автор пытается переосмыслить многие человеческие проблемы, такие как верность и предательство, свет и тьма, музыка, красота, сила и другие.

Например, размышления о верности и предательстве в жизни героев. Автор пишет, что для Франца верность - первая из всех добродетелей, которая создает единство жизни, в противном случае жизнь, не объединенная верностью, распалась бы на «тысячу черепков», тысячу минут разрозненных впечатлений. Его способность быть верным рождена детским ощущениями, любовью к матери. В противоположность Францу Сабину завораживает предательство. Это чувство также уходит корнями в детство, оно связано с образом отца.

Сабина воспринимает предательство как возможность «нарушить строй и идти в неведомое», так как нет ничего более прекрасного, чем путь в неведомое. Именно жажда предательства заставляет ее, наперекор всем, выйти замуж за человека, которого она почти не любит, выпивоху и скандалиста.

Первое предательство (отказ от жизненных ценностей родителей) непоправимо, и Сабина ощущает, что оно порождает цепь других предательств, каждое из которых все более и более отдаляет его от исходного. Эту цепную реакцию трудно остановить, поэтому она уходит от мужа и объясняет свое поведение жаждой предать собственное предательство.

Судьбы героев подчинены основной идее романа - ответить на вопрос, что предпочтительнее: тяжесть или легкость бытия? Важным смыслообразующим компонентом романа является древнегреческий миф о царе Эдипе, который вводит вторую ведущую тему романа – вопрос о нравственной ответственности человека за свои поступки, слова и мысли. Боги посылают наказание Эдипу за убийство своего отца и кровосмесительную связь.

Миф о царе Эдипе хорошо известен античному и современному читателю по многочисленным аллюзиям и реминисценциям в мировом искусстве. Царю Полибу приносят младенца, которого нашел пастух. Эдип воспитывается в доме приемных родителей, не догадываясь о том, что он не родной сын. Убегая от пророчества, античный персонаж оказывается орудием в руках рока. Однажды, поссорившись с путником на дороге, Эдип убивает незнакомого ему человека. Проходит время, и он становится правителем Фив, женившись на царице Иокасте. Когда на город обрушивается беда и Эдип начинает искать причины трагедии, выясняется, что человек, которого он убил когда-то на горной тропе, был его отец, а женщина, которую он считает своей женой, его мать. Вездесущий рок, от которого в античной мифологии было практически невозможно скрыться, обрушился на Эдипа и его город; и когда герой осознает, что именно он, отцеубийца, навлек на своих людей беду, он выкалывает себе глаза и слепым уходит из города.

В романе М. Кундеры «Невыносимая легкость бытия» «важным сюжетообразующим моментом становится статья главного героя, хирурга, об Эдипе (в ней он пытается понять при помощи мифа происходящее в Чехии до и после 1968 г.), и эта же публикация круто меняет судьбу героя: его увольняют с работы, он становится мойщиком окон и т. д. За разными тенденциями обращения к мифу в современной литературе стоит то же стремление, что и у трагиков борьбы человека с роком прийти к духовному очищению, катарсису. Итак, у М. Кундеры конфликт человека, даже далекого от литературы, с режимом в Чехии как бы освещен светом древнегреческого мифа. Миф об Эдипе несет в себе некий заряд истинной трагедии, несовместимой с действительностью, создавшей фальшивые мифы, приводящие не к катарсису, а к нравственному уродству людей». Если античная мифология создала древнегреческую (а позже и европейскую) литературу, то «липовая», лживая мифология приводит к неискреннему, лживому слову, литературу разрушавшему [3].

Автор задает вопрос: может ли человек быть освобожден от ответственности лишь на том основании, что он не знает о причиняемых им бедах или заблуждается? Однозначного ответа не может быть, слишком сложны сопутствующие обстоятельства в каждом индивидуальном случае. Автор не призывает к всеобщей расправе, не подстрекает к «охоте на ведьм». Речь в данном случае идет о личной нравственной ответственности. Именно поэтому столь важную роль в произведении играет миф об Эдипе, ведь он вынес приговор сам себе.

«Эдипов комплекс» (чувство вины, жалости) частично послужил причиной так же и того, что соединились судьбы главных героев, Терезы и Томаша. Не случайно, позднее статья об Эдипе, написанная героем спонтанно, сыграла трагическую роль в дальнейшей жизни героев, лишила Томаша работы и друзей.

«На этюднике экзистенциалиста Эдип предстаёт натурой вполне и предельно человеческой, глубоко противоречивой и трагичной, но при всём том могущей вызвать искреннее сочувствие. Осознание случившегося с ним, проецирование его опыта на собственную персону оказывается нелёгким испытанием даже для сильного характера. Эдипов опыт действительно экстремален. В нём впечатляет столкновение лицом к лицу с устрашающей судьбоносностью жизни… Шок от ненамеренных тяжких проступков. Понимание безвозвратности произошедшего, чего уже не исправить и не отменить, не забыть и не простить себе» [4] .

Части «Душа и тело» опускают читателя с высоты интеллектуальных раздумий на бытовую почву семейных взаимоотношений Терезы и Томаша. Главную проблему в личной жизни героев создают бесконечные изменены Томаша и постоянная ревность Терезы.

Важное место в композиционном построении романа занимают сны, элементы которых лейтмотивами проходят через все повествование. В произведении практически отсутствует внутренний монолог как художественный прием, и в этом случае сон помогает в яркой, образной форме понять внутренний мир героя, его состояние в определенный период жизни. Например, многое в поведении Терезы объясняет сон, в котором Томаш отправляет ее на добровольный расстрел. Здесь раскрывается ощущение героиней своей ненужности, которое она испытывает после многочисленных измен мужа.

О снах и их роли в романе можно говорить довольно много, так как в них скрыт глубокий смысл, раскрывающий особенности психологического состояния героини.

Так как сны повторялись, как темы с вариациями, их можно условно разделить на две группы.

Во-первых, это сны о кошках. Традиционно считается, что увидеть кошку во сне – это плохой знак. Сны, в которых Тереза видит кошек, агрессивные и пугающие. Кошки, порой прыгали на лицо и впивались когтями в кожу. Страх Терезы перед этими снами можно также объяснить и тем, что «кошка» часто ассоциируется в массовом сознании с красивой, грациозной женщиной. Тереза, которая все время ревновала мужа и постоянно чувствовала угрозу, исходящую от любой симпатичной женщины, подсознательно воспринимала нападающих на нее во сне кошек как соперниц, то есть потенциальную угрозу.

Вторя группа снов – это истории о том, как героиню посылают на смерть. Эти сны – серьезное основание для размышления о подсознании Терезы, о тех чувствах, которые терзали героиню и делали ее несчастной.

Томаш не мог прекратить свои любовные похождения, так как это противоречило бы его жизненной позиции, легкости, к которой он всегда стремился. Это разрушило бы его. У него не было сил побороть тягу к другим женщинам. Да он и не видел в этом нужды. Никто не знал лучше, чем он, что все его похождения ничем не угрожают Терезе. Так надо ли отказываться от них? Ему казалось это столь же бессмысленным, как если бы он ни с того ни с сего перестал ходить на футбол.

Но можно ли при этом говорить о радости? Уже в ту минуту, когда он шел к своей очередной любовнице, он испытывал к ней неприязнь и зарекался больше никогда не встречаться с нею, так как в эту минуту перед его мысленным взором вставала Тереза. «За ним захлопнулась ловушка: в минуту, когда он шел к любовнице, он переставал желать ее, но стоило ему остаться хоть на один день без женщины, как он уже набирал номер телефона, мечтая о встрече с одной их них…. Положение его было отчаянным: для любовниц он был отмечен постыдным клеймом своей любви к Терезе, для Терезы – постыдным клеймом своих любовных похождений» [1, с. 14].

Именно ревность со стороны Терезы становится для Томаша самым тяжким бременем, от которого он избавляется лишь незадолго до смерти. Остальные удары судьбы переносятся им более или менее стойко, так как герой не придает им особого значения, стремясь к легкости бытия. Пройдя через жизненные испытания, совершив долгий путь от талантливого хирурга до шофера, Томаш, наконец, освобождается от своей страсти к любовным похождениям и только в этот момент чувствует себя умиротворенным и счастливым, приобретя долгожданную «легкость».

В свою очередь Тереза также пытается научиться легкости, перестать слишком серьезно относится ко всему происходящему. Лишь спустя десять лет совместной жизни Тереза осознает, что все время пользовалась своей слабостью во вред мужу. Ее слабость была агрессивной, принуждающей его уступать, тем самым, подталкивая его все ниже и ниже по пути падения.

В третьей части романа читатель узнает о гибели Терезы и Томаша из письма, присланного Сабине. Сын Томаша сообщает об автомобильной аварии. Четвертая часть возвращает нас назад к истории жизни главных героев, а в шестой части снова упоминается об их гибели.

Роман, тем не менее, завершается в позитивной тональности главой «Улыбка Каренина». Эта часть произведения вновь переносит читателя назад ко времени проживания Терезы и Томаша в деревне. Таким образом, действие делает очередной скачок во времени. После того как мы дважды узнаем о смерти главных героев, роман завершается описанием праздничного вечера, на котором они отдыхают.

Это создает определенный эмоциональный фон восприятия всего прочитанного. Этой же цели служит тот факт, что роман заканчивается на той же ноте, что и начинается: сливаются воедино две неразделимые противоположности. Тереза испытывает в тот момент удивительное счастье и такую же удивительную грусть. Грусть вызывалась воспоминаниями о прожитых годах, счастье – осознанием единства с любым человеком. «Грусть означала: мы на последней остановке. Счастье означало: мы вместе. Грусть была формой, счастье – содержанием. Счастье наполняло пространство грусти» [1, с.138].

В произведении «Невыносимая легкость бытия» две сюжетные линии. Вторая сюжетная линия романа обрисована схематично. Это рассказ о Сабине и Франце. Части третья и шестая: «Слова непонятные» и «Великий поход».

Сабину и Франца объединяет с Терезой и Томашем общность мироощущения. Сабина, одна из постоянных подруг Томаша, также всегда стремилась к легкости бытия и так же, как Томаш, платила всей своей жизнью за это стремление.

«Жизненную драму всегда можно выразить метафорой тяжести. Мы вынесем эту тяжесть или не вынесем, рухнем под нею или поборемся, проиграем или победим. Но что, в сущности, случилось с Сабиной? Ничего. Она покинула одного мужчину, потому что хотела его покинуть… Ее драма была не драмой тяжести, а легкости. На Сабину навалилась не тяжесть, а невыносимая легкость бытия» [1, с.56]. До этого момента предательства наполняли ее возбуждением и радостью от того, что перед нею расстилается новая дорога и в ее конце – новый вираж предательств. Но что если однажды эта дорога кончится? Можно предать всех: родителей, мужа, любовь, родину. Но когда уже нет ни родителей, ни мужа, ни любви, ни родины, что еще остается предавать?

Сабина как бы не осознавала причины своих поступков: цели, которые преследует человек, ему неведомы. Но теперь она ощущает пустоту. Невыносимая легкость бытия – это ли цель? А что если пустота и была целью всех ее предательств?

А.Н. Фатенковвслед за М. Кундерой подмечает, что публично шагающие в ногу со временем отличаются друг от друга лишь предпочтением, которое они отдают той или иной наблюдающей инстанции. Одни жаждут взгляда бесконечного множества анонимных глаз. Как правило, это политики, журналисты, представители шоу-бизнеса. Вторым жизненно необходимы взгляды многих знакомых. Это неутомимые устроители различных мероприятий, коктейлей и ужинов. Третьим обязательно нужно быть под присмотром любимого человека. Четвёртые, мечтатели, живут под воображаемым взглядом отсутствующих людей. И только единичные персонажи (как правило, женские) восстают против всевластия публичного надзора, против лукавого площадного призрения. Такова, Сабина из «Невыносимой лёгкости бытия». Для Сабины жизнь не по лжи возможна лишь вовсе без зрителей: реальных и виртуальных, далёких и близких, посторонних и не очень. В ту минуту, когда к нашему поведению кто-то приглядывается, человек волей-неволей приспосабливается к наблюдающим и всё, что бы он ни делал, перестаёт быть правдой. Иметь зрителей, думать о зрителях – значит жить во лжи, – таково кредо Сабины. «Читатель подвергается тут изощрённой пытке: его умело заманивают к чужой замочной скважине, приклеивают к ней и ни на секунду не позволяют сомкнуть глаза. Экзистенциальное бытие, выставленное на всеобщее обозрение, теряет атрибутивно присущие ему состояния и черты: потаённость и недосказанность» [4, с 108].

Мировосприятие героев на протяжении всего произведения – основная загадка для читателя. Вместе с повествователем он постоянно пытается осмыслить мотивы их поступков и осознать причинно-следственные связи происходящего, но автор сознательно выстраивает произведение таким образом, чтобы многие вопросы остались без однозначного ответа и привлекали читателя вновь и вновь.

Размышляя о прозе М. Кундеры, В. А. Пестеров пишет: «В композиционной фрагментарности выдержан содержательный разрыв между частями; резкое переключение достигается благодаря «зачину», ибо первая фраза (или слово) фрагмента непредсказуема или парадоксальна. Многоявленная формальная обнаженность перемещает мысль автора на периферию, мыслит само произведение, живя саморефлексией о жизни, человеке, искусстве через сюжет, композицию, игровую импровизацию, жанровые и стилистические приемы. Самосознающие микро- и макроформы создают диалог повествователя с читателем, одновременно превращая его в соавтора» [2].

Главное действующее лицо в произведении – Томаш, но постепенно в процессе знакомства с произведением, читатель начинает понимать, что подлинным главным гером является повествователь.

Повествование ведется от 3 лица. Непосредственно повествователь не является действующим лицом, однако, именно он главный герой, так как ведущее место в романе занимают его рассуждения о мотивах поведения героев и смысле человеческого бытия. Описывая события, происходящие с героями, повествователь старается создать иллюзию объективного стороннего наблюдателя, комментирующего, но не оценивающего события. В то же время присутствие повествователя ощущается постоянно благодаря напоминаниям о себе, повторами описаний одних и тех же событий, которые кажутся ему особенно важными, репликами, привлекающими внимание читателя к тем или иным фактам. Таким образом перед читателем возникает картина, воссоздающая не столько мысли и чувства героев, сколько описывающая размышления повествователя по поводу происходящих событий.

Литературоведы неоднократно писали о том, что сам М. Кундера является одним из героев своих произведений. «В качестве одного из действующих лиц Кундера выводит самого себя; он – рассказчик, рефлексирующий герой, чьи размышления создают интеллектуальное напряжение» [2].

Рефлексия – это то, что интересует в первую очередь повествователя и самого М. Кундеру. Именно к размышлениям о самом себе и самоанализу привлекает автор и читателя. Судьба героев его произведения – это всегда предмет размышления. Не объект или субъект сочувствия или сострадания, а именно предмет для размышления.

Герои М. Кундеры, и Томаш не исключение, как правило, не задумываются о причинно-следственных связях того, что с ними происходит. Они живут и действуют как большинство людей в этом мире.

И именно этот факт становится отправной точкой для размышления повествователя и читателя. Рефлексия персонажей привлекала бы внимание читателей, в первую очередь, к их мыслям и мотивам поведения, к субъективной стороне их жизни. Отсутствие рефлексии со стороны персонажей оголяет сам поступок и, таким образом, предметом размышления становится действие, совершенное героем.

Фактически, события, происходящие с героями, - это материал для серьезный раздумий, отталкиваясь от которых, строятся рассуждения о предназначении человека, о нравственности его поступков, о душе и теле, о низменном и прекрасном и о многом другом.

Повествователь предстает перед читателем одновременно и как философ, и как психоаналитик, пытающийся проанализировать вместе с читателем поступки героев.

Схема взаимодействия читателя с автором и персонажами изложена в статье А. С. Комарова «Межличностное взаимодействие читателя, автора и персонажа художественного текста». «В целом реальный читатель тем не менее выступает для автора как некая абстракция в отличие от воображаемого читателя-персонажа, будь он идеальной или не совсем идеальной конструкцией автора. Автор и воображаемый читатель, как и персонаж, непосредственно вступают в межличностное взаимодействие, которое подчиняется все той же бахтинской формуле, гласящей, что голоса непосредственно откликаются друг на друга в диалоге. Что касается реального читателя, то он общается не с автором, а с созданным автором художественным текстом, что, на наш взгляд, не одно и то же. Реальный читатель вступает в диалог с текстом, а фактически с персонажами, «населяющими» его» [5].

Согласно данной точке зрения наиболее интересно взаимодействие читателя и читающего с персонажем. В связи с тем, что читатель часто вводится автором повествования в качестве одного из персонажей, взаимодействие читателя и персонажа представляет собой взаимодействие между двумя персонажами. Для читающего взаимодействие с персонажем в целом сводится к ответу на вопрос, является ли персонаж воплощением «я» автора, вторым «я» автора или отдельным от автора «я». Итак, автор, читатель и персонаж как субъекты художественного общения представляют собой отдельные друг от друга «я». При субъектно-субъектном общении каждый из них несет в себе собственное «я», не тождественное другому «я». В случае, если «я» одного из них ассимилируется другим «я», то можно говорить о превращении одного из субъектов межличностного взаимодействия в его объект.

Таким образом, роман Милана Кундеры предлагает задуматься над многими вопросами, связанными с мировосприятием и отношением к социуму. Аллюзии и реминисценции помогают более глубоко осмыслить поднимаемые проблемы, сопоставляя литературные параллели с судьбами героев. Сложная композиция, развивающееся по спирали действие романа, сны и вставные эпизоды позволяют по-новому переосмыслить многие мировоззренческие аспекты, привлекая читателя к диалогу с героями, повествователем и с самим собой.

Библиография
1.
Кундера М. Невыносимая легкость бытия // Иностранная литература. 1992. № 5. C. 5 - 138.
2.
Пестеров В. А. Романная проза запада рубежа XX и XXI веков // Вестник Пермского университета. Российская и зарубежная филология. 2011. № 4 (16). C. 232 - 241.
3.
Анисимова О. Обращение к мифу в современной литературе // Высшее образование в России. 2003. № 12. C. 127 - 131.
4.
Фатенков А. Н. Подлинность непубличного // Гуманитарный вектор. 2012. № 3. C. 104 - 112.
5.
Комаров А. С. Межличностное взаимодействие читателя, автора и персонажа художественного текста // Вестник МГИМО. Филология. 2012. № 5. С. 215 - 220.
6.
Иванова С. С. Трагическое и комическое в рассказах Милана Кундеры «Никто не хотел смеяться», «Симпозиум» // Международный журнал экспериментального образования. 2011. № 8. С. 108 - 110.
7.
Стефанский Е. Е. О методологических принципах анализа эмоциональных концептов в художественном дискурсе //Известия Российского государственного педагогического университета им. А. И. Герцена. 2008. № 66. С. 87 - 93.
8.
Стефанский Е. Е. Образ Люции в романе М. Кундеры «Шутка» на фоне ритуала, мифа и фольклора // Вестник Самарской гуманитарной академии. Серия: Философия. Филология. 2013. № 2. С. 148 - 153.
9.
Шерлаимова С.А. Милан Кундера и его романная философия. М, 2014. 272 с.
10.
Зусева-Озкан В. Б. Неутешительная метарефлексия. Милан Кундера // Вопросы литературы. 2012. № 1. С. 209 - 235.
11.
Липская Л.И. Я – другой: проблема обретения идентичности в творчестве Милана Кундеры // Филологический дискурс. 2009. № 7. С. 36 - 46.
12.
Нагина К.А. Ф. Достоевский и М. Кундера // Филологические записки. 2003. № 19. С. 53 - 62.
13.
Лаунсбери Э., Наумова О. А. Мировая литература и Россия // Вопросы литературы. 2014. № 5. С. 9 - 24.
14.
Криницын А.Б. О специфике сюжетного действия в романах «пятикнижия» Ф.М. Достоевского: к проблеме влияния «бульварного» романа. // Litera. - 2016. - 3. - C. 6 - 15. DOI: 10.7256/2409-8698.2016.3.20054. URL: http://www.e-notabene.ru/fil/article_20054.html
15.
Ростовцева М.В. Адаптация и социализация: анализ общего и особенного // Социодинамика. - 2016. - 7. - C. 31 - 37. DOI: 10.7256/2409-7144.2016.7.18114. URL: http://www.e-notabene.ru/pr/article_18114.html
16.
Коротких В.И. Философский текст в современной культуре // Философия и культура. - 2015. - 7. - C. 1075 - 1085. DOI: 10.7256/1999-2793.2015.7.15130.
17.
Урсул А.Д. Глобальные феномены и способы социоприродного взаимодействия // Политика и Общество. - 2013. - 12. - C. 1465 - 1478. DOI: 10.7256/1812-8696.2013.12.8801.
References (transliterated)
1.
Kundera M. Nevynosimaya legkost' bytiya // Inostrannaya literatura. 1992. № 5. C. 5 - 138.
2.
Pesterov V. A. Romannaya proza zapada rubezha XX i XXI vekov // Vestnik Permskogo universiteta. Rossiiskaya i zarubezhnaya filologiya. 2011. № 4 (16). C. 232 - 241.
3.
Anisimova O. Obrashchenie k mifu v sovremennoi literature // Vysshee obrazovanie v Rossii. 2003. № 12. C. 127 - 131.
4.
Fatenkov A. N. Podlinnost' nepublichnogo // Gumanitarnyi vektor. 2012. № 3. C. 104 - 112.
5.
Komarov A. S. Mezhlichnostnoe vzaimodeistvie chitatelya, avtora i personazha khudozhestvennogo teksta // Vestnik MGIMO. Filologiya. 2012. № 5. S. 215 - 220.
6.
Ivanova S. S. Tragicheskoe i komicheskoe v rasskazakh Milana Kundery «Nikto ne khotel smeyat'sya», «Simpozium» // Mezhdunarodnyi zhurnal eksperimental'nogo obrazovaniya. 2011. № 8. S. 108 - 110.
7.
Stefanskii E. E. O metodologicheskikh printsipakh analiza emotsional'nykh kontseptov v khudozhestvennom diskurse //Izvestiya Rossiiskogo gosudarstvennogo pedagogicheskogo universiteta im. A. I. Gertsena. 2008. № 66. S. 87 - 93.
8.
Stefanskii E. E. Obraz Lyutsii v romane M. Kundery «Shutka» na fone rituala, mifa i fol'klora // Vestnik Samarskoi gumanitarnoi akademii. Seriya: Filosofiya. Filologiya. 2013. № 2. S. 148 - 153.
9.
Sherlaimova S.A. Milan Kundera i ego romannaya filosofiya. M, 2014. 272 s.
10.
Zuseva-Ozkan V. B. Neuteshitel'naya metarefleksiya. Milan Kundera // Voprosy literatury. 2012. № 1. S. 209 - 235.
11.
Lipskaya L.I. Ya – drugoi: problema obreteniya identichnosti v tvorchestve Milana Kundery // Filologicheskii diskurs. 2009. № 7. S. 36 - 46.
12.
Nagina K.A. F. Dostoevskii i M. Kundera // Filologicheskie zapiski. 2003. № 19. S. 53 - 62.
13.
Launsberi E., Naumova O. A. Mirovaya literatura i Rossiya // Voprosy literatury. 2014. № 5. S. 9 - 24.
14.
Krinitsyn A.B. O spetsifike syuzhetnogo deistviya v romanakh «pyatiknizhiya» F.M. Dostoevskogo: k probleme vliyaniya «bul'varnogo» romana. // Litera. - 2016. - 3. - C. 6 - 15. DOI: 10.7256/2409-8698.2016.3.20054. URL: http://www.e-notabene.ru/fil/article_20054.html
15.
Rostovtseva M.V. Adaptatsiya i sotsializatsiya: analiz obshchego i osobennogo // Sotsiodinamika. - 2016. - 7. - C. 31 - 37. DOI: 10.7256/2409-7144.2016.7.18114. URL: http://www.e-notabene.ru/pr/article_18114.html
16.
Korotkikh V.I. Filosofskii tekst v sovremennoi kul'ture // Filosofiya i kul'tura. - 2015. - 7. - C. 1075 - 1085. DOI: 10.7256/1999-2793.2015.7.15130.
17.
Ursul A.D. Global'nye fenomeny i sposoby sotsioprirodnogo vzaimodeistviya // Politika i Obshchestvo. - 2013. - 12. - C. 1465 - 1478. DOI: 10.7256/1812-8696.2013.12.8801.
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"